Пост месяца. Anders Dango Пишет
Anders Dango
в "Людоеды, червяк и гонки по вертикали"

Падальщики шастали возле двери: проскальзывали мимо едва уловимыми тенями, то прятались, то выглядывали из-за углов. Как только осмелели и решились, подошли ближе. Один состроил Андерсу рожу и улыбнулся — между зубами виднелись ошмётки мяса, на подбородке — коричневая, в полумраке пещер почти чёрная... читать дальше >>
Должники
ДОЛЖНИКИ ПО ПОСТАМ
Список тех, кто должен пост в сюжетный квест больше четырех дней. Осада - Джаннис Моро
Ростки ненависти - ГМ
Этот мир - наш Ад - Рита Ро
Впусти меня - Майя Джонс
Предел для бессмертных - Рита

MASS EFFECT FROM ASHES

Объявление

Сюжеты для квестов. Участвуйте в готовых сюжетах или предложите свой.
Жду тебя! Не забывайте про эту полезную акцию и находите друг друга.
ПЕРЕКЛИЧКА! Все отмечаемся!

Тип нашей игры - эпизоды, рейтинг NC-21. 2187 год. Жнецы атакуют. Теория Карпишина
2819 год. Прибытие в галактику Андромеда.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MASS EFFECT FROM ASHES » Галактика Андромеда » Лед тронулся


Лед тронулся

Сообщений 31 страница 39 из 39

31

     Райли немного склонил голову к плечу, недоверчиво щурясь. Ксенос казался растерянным: его приплюснутое треугольное лицо вытянулось, а звериные глаза сделались круглыми, как два блюдца. Все равно что котенок, которого щелкнули по носу за испорченные ботинки, только ангара, в отличие от стереотипно милых котят, выглядел скорее жалким и даже более уродливым, чем когда сражался с призраком или помогал взламывать дверь. Разве тот, кто собрался стрелять, схватит винтовку вот так, лишая себя малейшей возможности первым зажать спусковой крючок?
     Но ведь один раз выстрелил? Куда — Райли не знал, осматривать помещение ему было банально некогда, — но был уверен: если бы поганому ксеносу вдруг захотелось его убить, этот выстрел пришелся бы в его незащищенную спину.
     Почему не убил — промахнулся, дрогнула рука или еще что — дело десятое. «На других надейся, но сам не плошай», — говорили наставники в Академии Альянса. На Омеге учили всегда держать ухо востро и заряженный ствол наготове, в «Цербере» — не доверять никому, даже самым близким. Через все это он прошел, набил шишек и оброс шрамами, а не подставляться под удар, как показывала практика, так и не научился.
     И это злило.
Со мной? — Райли криво усмехнулся и сморгнул, левый глаз дергало нервным тиком. — А на что это похоже?
     Он характерно качнул дулом «Когтя», будто требуя от ангара ответа, но продолжил раньше, чем тот успел открыть рот.
Положи оружие на пол. Дальше пойдешь без него, — и добавил, облизывая пересохшие губы: — Своим шансом ты не воспользовался, другого я не тебе не дам.
     Союзник, пусть даже временный… Ха! На что рассчитывала Инициатива, вламываясь в чужую галактику и перекраивая местные миры в угоду собственным нуждам? На поддержку ангара? Может, даже дружбу? Да-да, конечно, ведь, явись те в Млечный Путь, их встретили бы с распростертыми объятьями и благородно уступили бы десяток-другой планет. Войны за территорию — прошлый век, а агрессивная экспансия звучит не так уж плохо, если обозвать ее каким-нибудь другим словом.
     И на что рассчитывал Райли, сохраняя жизнь этому ксеносу — тогда и сейчас? Что они вместе, как закадычные друзья, объединенные общей бедой, доберутся до города и разойдутся миром? Он, в отличие от всех этих надутых снобов на «Нексусе», не строил иллюзий по поводу своего положения в Андромеде, охотно признавал себя захватчиком и готов был принимать меры, соответствующие этому положению. Ну так зачем ждать дольше? Мертвый ангара наверняка его не пристрелит. И не позволит снова глупо подставить спину.
     Позади — совсем близко — тонко скрипнул лед. Райли обернулся очень вовремя, чтобы увидеть прямо перед собой перекошенную гневом физиономию дьявола с огромными оскаленными клыками. Грохнул выстрел, пуля взвизгнула по металлу и срикошетила в обледенелый потолок, в воздухе закружился иней. В следующее мгновение дьявол, на деле оказавшийся еще одним ангара, всем своим весом навалился на Райли, заломил ему руку, вынудив выронить пистолет, и с силой приложил об пол лопатками и затылком. В глазах потемнело, затем пошло цветными кругами, а чуть позже стало трудно, почти невозможно дышать. Извиваясь и судорожно хватая ртом воздух, Райли попытался скинуть с себя чужую лапу в массивном сапоге, густо залепленном снегом, но бесцеремонный удар наотмашь по шлему едва не раздробил ему шейные позвонки.
     От него, очевидно, хотели, чтобы он не двигался, и Райли послушно затих, поднимая дрожащие руки в жесте успокоения и защиты.
Эшаал!
     Мимо что-то пробежало, шоркая подошвами по льду. Что именно, Райли не видел, а повернуть голову теперь боялся, но именно так звучал его (или, судя по голосу, ее?) выкрик. Короткое потрескивание в переводчике ясно дало понять — такого слова в словаре нет. Какое-то особое приветствие или имя?..
     Первый же ангара, поначалу показавшийся Райли исчадием Ада, ткнул дулом своей огромной винтовки ему в ключицы и обернулся на звук. У него была бледно-розовая кожа, к макушке переходящая в красно-коричневые оттенки, а все лицо покрывал резкий багрового цвета узор. Немудрено было спутать с дьяволом, для завершения образа недоставало только рогов и горящих пламенем желтых глаз…
     Пламени, впрочем, у него хватало и в голубых. Сколь бы мало Райли не понимал в ангара, яростное желание расправиться с чужаком он все же распознать смог.
— Ты не ранен?

Отредактировано Riley Miller (26 июня, 2018г. 22:48)

+1

32

     До Эшаала начинало доходить, что случилось. Вот только все внутри буквально кричало, что так не бывает. На союзников — даже вынужденных — не нападают. Поэтому, когда он, отчаянно моргая, спросил:
Каким… «шансом»? – Эшаал был абсолютно искренен. Он не верил, что у чужаков так принято — стрелять в спину. Орра, пока была жива, рассказывала, что именно это и происходило на Кадаре: чужаки убивали друг друга до ужаса буднично. Но ведь даже кетты не поступали так. А уж среди ангара убийство тем более было редким преступлением.
     А потом Эшаал уже не смотрел на чужака. Своих товарищей он заприметил, когда те подошли совсем близко. Все-таки на складе было не настолько светло, да и все внимание к себе приковал пистолет в нервно подрагивающих руках.
     Для того, чтобы как-то помочь, Эшаал по-прежнему был слишком шокирован, и потому просто смотрел, как Ифен уложил чужака, только один раз вздрогнул от хруста, с которым Ифен впечатал противника в лед. Так легко — хотя чему тут удивляться? Чужак был крошечным.
     Оцепенение, наконец, спало. Как раз вовремя — Гериин оказалась совсем рядом.
Ифен! Гериин! Звезды, как я рад вас видеть!
     «Ишарай» с гулким стуком упала на пол, когда Эшаал заключил подбежавшую к нему Гериин в объятья, и она, издав болезненный стон, ответила тем же. Эшаал ее прекрасно понимал. Не стоило все-таки ему браться за винтовку сейчас, даже ради испытания. От отдачи рука заныла с новой силой, и Эшаал морщился, но все равно счастливо смеялся.
Нет, – он торопливо замотал головой. – То есть не больше, чем был.
     От вида своих радостно щемило сердце: с ними все в порядке, они живы, здоровы. Они здесь, а, значит, теперь все будет хорошо. И вместе с тем на Эшаала накатило сильнейшее чувство стыда: его видели рядом с пришельцем и теперь придется рассказать все как было. О том, что он испугался, что сам не выберется и сохранил жизнь врагу. Хуже того — глядя на распростертое перед Ифеном тело, Эшаал понимал, что не желает тому смерти. Даже теперь, после того, как чужак наставил на него оружие. Никаких клятв он не приносил, но ощущение было такое, будто обещал чужаку безопасность, а теперь… а теперь все обернулось вот так. Но не мог же он сказать Ифену: «Не стреляй!»? Не послушает, а к самому Эшаалу только вопросов прибавится. Почему он пожалел чужака? Можно ли ему теперь доверять?
     Хотел бы он и сам это знать.
     Переминаясь с ноги на ногу, Эшаал вновь поднял взгляд на Геррин. Эйфория от встречи сходила на нет, и в голову настырно лезли неприятные, но важные мысли:
Кетты где-то поблизости. Я видел призраков.
     Гериин положила ладонь ему на плечо, но под тяжелым взглядом Ифена убрала, да и Эшаал присмирел. Да, он слышал это прежде: это военная операция, а не семейная встреча, и надо вести себя соответствующие. Орра тоже так говорила. Как ее, все-таки, не доставало. Даже ее ворчания.
Призраки? Где? – Гериин посерьезнела, разом прибавив десяток лет.
Совсем рядом с обвалом. – Эшаал указал куда-то за спину, туда, где, по его мнению, все и произошло. Да только он прошел столько поворотов, что без карты не разобрался бы, где на самом деле находится. – До вас же они не добрались? С остальными все в порядке?
     До этого момента Эшаала не настораживало, что Ифен и Гериин пришли вдвоем: разумеется, они отправили спасенных с остальным отрядом в Течикс, а сами пришли за ним. Но что, если нет? Что, если кетты добрались до них, и вся операция, все усилия и жертвы — все напрасно? Паника нарастала с каждой секундой, пока Эшаал думал об этом.

+1

33

Да, все в порядке. Мы нашли очень удобный тоннель в несколько километров длиной, там кеттам нас никогда не найти. А сами поспешили за тобой, — пауза. — Не зря, судя по всему.
     Райли глухо кашлянул — на щитке шлема с внутренней стороны осталось несколько мутных пятен. Слюна была вязкой, и он подолгу болтал ее во рту, прежде чем натужно сглотнуть. Переводчик исправно доносил до него смысл сказанного, сдавая только на именах собственных. Ксеносы общались как ни в чем не бывало, радовались встрече, делились новостями…
     И все бы ничего, если бы один из них не прижимал Райли к полу и не собирался его убить — явно и однозначно. Непонятно только, почему медлил.
Эшаал.
     «Дьявол» говорил высоким, но сильным голосом, легкая хрипотца вызывала ассоциации с дешевыми сигаретами, от которых горло будто покрывается коркой, и окопами у самой линии фронта, затопленными проливными дождями. Только присмотревшись — голову-то не все равно повернуть не даст — Райли заметил на его лице несколько довольно серьезных шрамов. Один из них, чуть выше переносицы, выглядел совсем свежим.
Ты знаешь что-нибудь об этом весагара?
Как он мог здесь оказаться? — снова вмешался женский голос, звучавший тревожно и неестественно мягко для сложившейся ситуации. Или обниматься на почти-что-трупах врагов у ангара было в порядке вещей? — Прошел теми же пещерами, что и мы? Значит, весагара известно об этом дааре?
     «Дьявол» оскалился, недовольно щурясь, и, осознанно или нет, сильнее надавил на свою винтовку. Ключицы заныли, как бы предупреждая: еще немного — и кости треснут.
Возможно. Они расползаются, как паразиты, и их даары растут со скоростью хаварлских трупных грибов.
Но отсюда до нашего аванпоста рукой подать…
Да. Нужно доложить об этом Акксулу.
     Райли понял, что дела его плохи, и что даже если изначально ангара не планировали его убивать, то теперь, сочтя свидетелем чего-то секретного, непременно грохнут. Прерывисто выдыхая, он осторожно скосил глаза в сторону — «Коготь» лежал издевательски близко, в полутора метрах, но безнадежную попытку до него дотянуться можно было бы смело приравнивать к провокации — то есть, к самоубийству.
     Вот бы где не помешала биотика с ее хваленым телекинезом...

+1

34

     Хорошие новости грели не хуже солнечного нагревателя, Эшаал даже разулыбался, вот только ненадолго. Разговор вновь коснулся чужака. Если раньше Эшаал еще надеялся, что удастся как-то все замять, то теперь понял: придется все объяснить. И за то, что он сделал, его ждет наказание. Опустив голову и невольно подняв плечи, он заговорил:
Весагара приехал поставить радиовышку. Сказал, они налаживают связь между Течиксом и Терве Уни. Но лед обвалился, и… – Эшаал развел руками. – Даже если мы убьем его, «Инициатива» пришлет кого-то нового на то же место. И найдут провал, ведущий в туннели.
     Звезды, что он городит! Какая-то неловкая отговорка, от первого до последнего слова. Так стыдно, что лицо горит от прилившей к нему крови.
Там остался его транспорт — «снегоход» — и другая техника. А потом напали призраки, и я не стал убивать весагара. У меня оставался последний патрон, потратив его, я бы не пережил встречу с кеттами. Или пережил бы, но закончил бы в одном из их лагерей.
     «Я не знаю, что хуже», – закончил он про себя, вздрагивая. Сам Акксул пережил заключение у кеттов, даже сумел освободиться, когда Сопротивление забыло о нем. И Мошаэ — она была в плену так долго! Но что, если слухи о вознесении правдивы? Что, если бы Эшаала… сделали кеттом? Может ли переродиться душа, искаженная таким образом?
Сюда я пришел в поиске патронов. Чего угодно, что могло бы помочь, если я встречу кеттский патруль. А весагара… он пришел со мной. Я не подумал, что он сможет показать сюда путь своим сородичам.
     Эшаал зажмурился, ожидая удара — он ведь заслужил. Движимый глупостью и страхом за свою жизнь провел врага в полный припасов даар. Чем он лучше дураков, что доверяли «Инициативе», потому что та помогала им в борьбе с кеттами? Да ничем!
     И он получил то, что заслуживал. Тычок в грудь вышел не очень болезненным — все-таки Эшаал был в броне — но заставил отступить на шаг назад.
Ты сделал что?! – ударила его Гериин, а вот голос принадлежал Ифену. – Ты хоть представляешь себе последствия?
     Все еще жмурясь, Эшаал помотал головой. До него только сейчас начало доходить, и то, он подозревал, далеко не все.

+1

35

     Так во-от в чем было дело. Один патрон! Вот почему ангара вместо того, чтобы стрелять, лез в рукопашную. Вот почему он сохранил жизнь Райли. Расчетливый ублюдок. Непонятно только, почему не убил и не взял оружие. Боялся, что не разберется с чужеродной техникой?
     «Тоже мне телохранителя нашел», — будь у Райли возможность, он бы от души сплюнул.
     У ангара тем временем разгорелись настоящие страсти. Повысив голос, двое новоприбывших пылко отчитывали своего нерадивого сородича за кучу якобы совершенных ошибок, большая часть из которых казалась Райли откровенно притянутой за уши. Секретный даар с припасами? Скорее уж заросший льдом морозильник с хламом, применения которому не найдет даже отчаявшийся беглец из цепких кеттских лап (то есть, особо неприхотливый). Серьезно, кроме ящика патронов и нагревателя с пятью процентами заряда они не нашли здесь ничего полезного. Не говоря уже о том, что в скором времени своды этой пещеры наверняка обрушатся и увлекут остатки даара на дно новоиспеченного океана.
     «Дьявол» так разгорячился, в красках расписывая чудовищные последствия уступок «Инициативе» и явно страдая от того, что вынужден оставаться на месте, а не расхаживать из стороны в сторону, размахивая руками, что даже отвел в сторону винтовку и один раз едва не убрал свою тяжеленную лапу с чужой груди. Райли дернулся было, надеясь под шумок дотянуться до пистолета, но нет, не вышло. Зато он смог наконец-то повернуть голову и увидеть третьего ангара. Точнее, третью — теперь сомнений в ее половой принадлежности не осталось. Женщины у них были заметно меньше, хрупче телосложением и почему-то казались еще более несуразными, чем мужчины, — как детский разноцветный конструктор, у которого потеряли половину деталей и собрали не по инструкции.
     Знакомый же Райли ангара выглядел так, будто его уже привязали к позорному столбу и хорошенько побили палками. Строгие здесь, однако, были порядки. Совсем не такие, как в Течиксе и прочих более дружелюбно настроенных поселениях.
Нужно уходить, — подытожила женщина, болезненно морщась и зажимая ладонью бок. — Это место больше нельзя считать безопасным.
     Больше? А так будто можно было — с заледенелыми обесточенными дверьми и отломанным от основного помещения коридором, в который еще и можно попасть откуда-то с другой стороны. Иначе как бы эти двое незаметно сюда пробрались.
     «Дьявол» кивнул и перевел взгляд на Райли. У того внутри мгновенно похолодело.
     Теперь дуло винтовки смотрело ему прямо в лоб, почти касаясь щитка шлема.
Возражения есть? — рыкнул он таким тоном, что становилось ясно: даже если есть, слушать их он не собирался.
     Но возражения, между прочим, были!
Хей, — Райли прочистил горло и шумно сглотнул, боясь даже моргнуть лишний раз. Мало ли у нервного ксеноса рука дрогнет. — Это… справедливо разве? То есть ваш вот этот вот, — он слегка качнул головой в сторону своего знакомца, — использовал меня, а теперь все, в утиль? Я, между прочим, спас его!
     «Дьявол» зло сощурился, но, вопреки ожиданиям, не выстрелил.
Спас? Мы в вашей помощи не нуждаемся, чужак. Мы знаем цену своей свободе.
У него был один патрон, помнишь? Как бы он отбился от двух призраков без моей помощи?
     Пришлые ангара посмотрели сперва друг на друга, а затем на сородича. Райли едва ли понимал выражения их лиц, но ощущение было такое, будто они тревожились. Так тревожатся за младших, кому реальная угроза то, что взрослым и опытным — легкая неурядица. Заботливо, по-отечески.
Эшаал… — женщина помедлила, собираясь с духом, — это правда? Ты обязан этому весагара жизнью?
     И тут Райли понял, что все его выступление пойдет коту под хвост, если этот… «Эшаал» сейчас на голубом глазу заявит, что не было ничего, и что пока он мужественно сворачивал шеи призракам, Райли медитативно курил в сторонке.
     И что от этого заявления зависела его жизнь.
     Поэтому он уже смело повернул голову и изо всех сил изобразил на лице мольбу — так, чтобы понял даже самый тупой и подслеповатый ксенос. Двое других на него все равно пока не смотрели, слишком занятые своими высокими душевными терзаниями на ровном месте.

+1

36

     Обычно Эшаал гордился своим ростом, но сейчас ему отчаянно хотелось стать меньше, как его младшие сестры. А лучше — и вовсе размером с светящуюся мошкару, что кормилась грибами на Хаварле. Эшаал весь сжался, ссутулился, опустил голову. Иногда он все же пытался выпрямиться, взглянуть в глаза Гериин — или, реже, Ифену — но почти сразу сдавался и только скреб ногой ледяной пол да теребил ремни, удерживающие укрепленные пластины на туловище.
     Удар по лицу — точнее, по маске — мало беспокоил Эшаала. В конце концов, он наделал глупостей и заслужил. Другое дело — слова. Слушать о последствиях своих глупостей было действительно больно и, чего уж таить, обидно. Оправдания так и лезли на язык, но Гериин и Ифен не давали Эшаалу ни единого шанса, прерывая, стоило ему только заикнуться, что не подумал, не знал, не предусмотрел. В общем-то, они были правы. Не будут враги делать скидку ни на его возраст, ни на глупость.
Может, еще… – предпринял Эшаал последнюю попытку, но сам замолчал под суровыми взглядами старших.
Ты натворил достаточно, Эшаал. Просто замолчи и послушай.
«Я всего лишь хотел предложить забрать припасы», – вслух, однако же, произносить это он не стал, послушно замолчав. А чуть погодя и сам понял, что чуть не ляпнул глупость. Много ли они с Гериин могут унести? Со своими-то ранами? Да и патроны оказались… так себе. На крайний случай.
     Когда Ифен собрался стрелять, Эшаал был не в том состоянии, чтобы возражать. К тому моменту он был уверен, что не прав решительно во всем. Тем более — в своем беспокойстве за судьбу пришельца. Разве сам Эшаал никогда не убивал таких, чтобы защитить родную планету? Чем этот лучше?
     Зато сам пришелец тут же уцепился за возможность спастись. И выбрал, возможно, единственные слова, что могли заставить Ифена не нажимать спусковой крючок.
     Еще недавно Эшаалу казалось, что более сильного стыда ему не испытать. Как оказалось,  он ошибался. Он не думал об этом в таком ключе. Два призрака не пугали Эшаала. Им, в конце концов, не так-то просто прокусить броню. Его пугали кетты, что должны были прийти следом. Кетты, что так и не появились. Может, Эшаалу бы и хватило времени разобраться с призраками самому.
     А может и нет.
Получается… – он замолчал, смущенно провел рукой по капюшону. Взгляд его блуждал, пока не зацепился за пришельца. Тот смотрел на Эшаала пристально, причудливо сведя брови так, что по лбу пошли морщины, а маленькие темные глаза будто бы стали больше. Он… ждал? – Получается, что так.
     Лгать своим он не собирался. К тому же пришелец действительно не заслужил смерти — если, конечно, забыть, что все весагара прибыли из своей галактики как захватчики и уже за одно это должны быть уничтожены.
Эшаал… О чем ты думал? – Гериин схватилась обеими руками за голову, баюкая ее.
Разве ты забыл? Весагара нельзя доверять! – Ифен торопливо переступил с ноги на ногу, очевидно, борясь с желанием подойти поближе и как следует встряхнуть потерявшего разум сородича.
Я знаю, но…
Довольно «но». Тебе пора бы научиться думать о последствиях
Что еще я мог сделать?! – впервые за весь разговор Эшаал посмотрел на Ифена и не отвел глаз. Умом он понимал справедливость упреков, но сердце протестовало. – Убить его и остаться один на один с кеттами, имея при себе только фираан? Сказать весагара, чтобы он не вмешивался, пока призраки пытались сожрать нас обоих? Что?
     Стоило ему выговориться, как вспыхнувшая было злость угасла, а вместе с ней пропала и решимость. Под суровым, полном разочарования и страха — за него, Эшаала, страхом — взглядом Эшаал попятился, случайно задев лежащий на полу «Ишарай».
Я понимаю, что поступил неправильно. Просто я… не знаю, как — правильно.
     Ифен кивнул, кажется, наконец довольный тем, что услышал. Сердитые складки на лбу стали мягче, но до конца так и не разгладились.
Что же касается тебя… – Ифен вновь обернулся к пришельцу.

+1

37

     Райли, вполне довольный тем, что выбранная им соломинка, похоже, не обломилась, и уже успевший расслабиться, вновь напрягся всем телом и шумно сглотнул — когти страха впились в сердце с утроенной силой. Козырей в рукавах у него не осталось, и все, что он мог, - это дождаться, пока его судьбу решит какой-то обсессивно-компульсивный ксенос, и послушно принять это решение.
     Ох, с каким удовольствием он разворотил бы эту мерзкую морду выстрелом в упор из известного своей мощью «Когтя» вместо того, чтобы обреченно смотреть в нее снизу-вверх...
Поднимайся.
     Райли моргнул и даже не сразу решился вдохнуть полной грудью после того, как с него наконец-то убрали ногу.
Ну? Тебе особое приглашение нужно? — раздраженно уточнил «дьявол».
Э-э, нет… Встаю, — подтянув конечности, Райли на всякий случай отполз подальше, будто это могло бы уберечь его от неожиданной пули в лоб, перевернулся со спины на бок и неуверенно поднялся на ноги. Теперь у него ныло не только бедро, но и ребра. — Спаси…
Не нужно, — оборвал его «дьявол». — Своей жизнью ты обязан нерасторопности Эшаала. Так рассудили звезды, и ничьей заслуги в этом нет.
     Будь Райли понаглее, он непременно покрутил бы ксеносу у виска, а так только отряхнулся от снега. Звезды ему рассудили, как же. Впрочем, благодарить его и правда было не за что — ничего такого Райли этим ангара не сделал, чтобы валять его по полу, топтать сапогами и тыкать в лицо винтовкой.
     А уж тем более, убивать.
Идем, — напомнила женщина, то и дело кидая через плечо цепкие взгляды на Эшаала.
     Медлить она больше не стала — выпрямилась и, ступая практически бесшумно, скрылась в том же коридоре, откуда пришла. «Дьявол» же несколько раз смерил Райли взглядом хорька в курятнике, наклонился, подобрал «Коготь», с явным пренебрежением повертел его в руках и неожиданно бросил младшему. Эшаалу, то есть. Ну а какой он, если не младший, раз остальные с ним так носились?
У тебя есть другое оружие, — ответил «дьявол» на немой вопрос в возмущенно округлившихся глазах Райли. — Обойдешься им.
     Ну это уже ни в какие ворота не лезло. Напали, чуть не убили, оружие отобрали… И чем эти якобы благородные и дружелюбные аборигены были лучше своих костистых друзей? Стиснув зубы и кулаки, Райли с трудом подавил желание выхватить упомянутый «Шершень» и проделать в «дьяволе» несколько лишних дырок. Мудак красноморный еще узнает, на что «Инициатива» (по крайней мере, ее «церберовская» часть) способна в гневе.
     Но не сейчас явно. Сейчас пришлось развернуться и поплестись туда, куда сказали. Первой по-прежнему шла женщина, включив наплечный фонарь, за ней, прихрамывая, Райли, затем «дьявол», изредка подгоняющий тычками в спину, и последним — угрюмо молчащий в тряпочку Эшаал.
     Странно это было. Тоже, что ли, как-то… несправедливо. Вроде что у людей, что у ангара убийство не почитали за добродетель, а тут за то, что сохранил жизнь, грубо натыкали мордой в лужу, как нашкодившего котенка. Да еще и так искренне, с заботой, словно Райли был не человек, а ехидна какая с ядовитыми иглами, и выжил бедный маленький Эшаал (здоровенный лоб на голову выше и вдвое шире любого человека) только чудом. Или, как говорили местные, волей то ли звезд, то ли, духов, то ли еще какой призрачной метафизики.
     Вот ему, пожалуй, Райли мог бы сказать «спасибо». Как минимум за то, что не вел себя, как сородичи.
     До первого поворота коридор сохранился более-менее целым — лед скрепил обломки и кое-где пророс тонкими зубьями сталактитов. Поскользнувшись на выпуклой, как затвердевшая опухоль, наледи, Райли в один из таких влетел плечом и зашипел от боли; повезло, что острый край не прорвал скафандр. Дальше изломанная натиском стихии часть коридора уходила куда-то вниз неправильной формы черным провалом, а ровно напротив толщу льда прорезал округлый тоннель — наверняка искусственного происхождения — достаточно просторный, чтобы по нему, не пригибаясь, прошел ангара. Женщина, не оборачиваясь, свернула в тоннель и выключила фонарь — здесь свет сквозь лед тускло пробивался с поверхности. Несколько метров они прошли прямо, высоко поднимая ноги, чтобы не споткнуться, и иногда опираясь о гладкие стены, а затем тоннель изогнулся и круто ушел вверх. Взбираться пришлось, цепляясь за ледяные выступы и небольшие ниши. Райли несколько раз едва не соскальзывал, но в последний момент находил новую точку опоры и про себя злорадствовал, что, если все-таки сорвется, то перед смертью успеет шлепнуться задницей ксеносу на лицо.
     Лед вокруг становился все светлее, и наконец стены пещеры раздались в стороны. Порывистый ветер тут же швырнул навстречу горсть снега и, залепив щиток шлема, на мгновение лишил зрения. Райли не стал ждать, пока справится автоматическая система очистки, и протер визор ладонью. Перед ним лежала уже хорошо знакомая ему безжизненная ледяная пустыня. По правой стороне на фоне низкого свинцового неба с трудом угадывался гордый хребет, у подножия которого сгинули в небытие снегоход и коммуникационная вышка.
     Райли глубоко вздохнул и поправил нагрудную пластину скафандра. Такая клякса в его безупречном послужном списке….
     По крайней мере, в той его части, что началась с пробуждения в Андромеде.
Погода, кажется, испортилась. А я думал, мы по пеще…
     Он осекся, заметив сосредоточенные на нем взгляды двух ангара постарше. Очень у ж это… нехорошие были взгляды.
Ваш даар в той стороне, — «дьявол» небрежно махнул рукой куда-то себе за спину. — До темноты доберешься.
Ты издеваешься? Пешком по такому снегу?
Ты уже увидел достаточно, мы не можем позволить тебе узнать короткий путь до Течикса, — уголки его тонких губ дрогнули и опустились. Женщина рядом с ним молчала, на ее зеленоватом лице застыло выражение мрачной решимости. — Вы, весагара, верите в духов? Пусть они помогут тебе добраться до дома.
     Шумно втягивая носом воздух и отрывисто выдыхая, Райли переводил взгляд с одного ангара на другого и не мог поверить, что они действительно вместо того, чтобы пристрелить сразу, решили обречь его на медленную смерть в пустошах. Шансы на выживание стремились к нулю: даже если на обледенелых просторах Воелда его не убьет мороз, то разорвут дикие звери или разыщут кетты.
     Но, с другой стороны, ничто ведь не помешает ему подождать немного и пробраться в эти гребанные секретные пещеры по следам ангара?..
Эшаал, — «дьявол» наклонил голову вперед, так что лобная пластина отчасти накрыла глаза, придавая ему особо зловещий вид. — Выстрели ему в ногу. Он не должен пойти за нами.

+1

38

     Чужое, неудобное оружие жгло руки. Этот пистолет не был трофеем, добытым в бою, и потому Эшаал не мог носить его с гордостью. Нет, он напоминал о позорных обстоятельствах. И с каждой минутой все становилось все хуже. Приказ, отданный Ифеном… он не хотел этого делать! Понимал всю необходимость, но не хотел. И все же послушно, навел на чужака пистолет, чуть щурясь от яркого солнечного света.
     «Так надо», — он сам не знал, обращается ли к себе или к замершему на месте чужаку: «Я не должен жалеть таких… существ».
     Если бы. Если бы он делал все так, как должен!
     С удивлением Эшаал уставился на пляшущий пистолет. Рука дрожала. Он ведь убивал уже. Стрелял и в кеттов, и в весагара. А сейчас даже убивать не нужно было, только покалечить. И ведь не испытывал Эшаал никакой благодарности перед этим чужаком. Это Роекаар пару лет назад на Хаварле спасли ему жизнь. А чужак… чужак всего лишь оказался рядом в нужный момент.
     Что же тогда с ним творится? Неужели все дело в том, что сейчас он видел страх и гнев в глазах чужака? Пар, от частого, поверхностного дыхания оседающий на стеклянном шлеме? Такие знакомые реакции.
     Эшаалу не хотелось разочаровывать Гериин и Ифена своей слабостью. Да, они не так часто работали вместе, как с Куарой и — прежде — Оррой, но… Они все равно были свои. Почти семья.
     Зажмурившись, Эшаал глубоко вдохнул, сосредотачиваясь. Палец на спусковом крючке лежал ужасно неудобно, казалось, вот-вот соскользнет. У этих маленьких чужаков и руки были маленькие, а пальцы — тонкие, как жучиные лапки, и такие же многочисленные. Хрупкие.
     Эшаал опустил пистолет. Он кожей чувствовал, как волнение, объявшее Гериин и Ифена, превращается в чувства куда более темные и, запинаясь, поспешил объясниться — новой затрещины он не хотел. И чтобы стрелял Ифен — тоже.
Так останется след, ведущий к пещере.
     Он имел виду след кровавый, а не цепочку следов — их-то метели Воелда скроют быстро, а яркие цветные пятна останутся на многие дни. Чужое биоэлектричество в последний раз предупреждающе кольнуло кожу и отступило, возвращаясь к норме.
Уже не важно, — Гериин рубанула по воздуху рукой. — Мы покидаем эти пещеры.
     Эшаал сглотнул. Он в равной мере надеялся на похвалу и хотел хоть немного облегчить участь чужаку. Ведь если подойти ближе к даару «Инициативы», ему будет легче доползти туда, где принимает рация, и вызвать своих, верно? Больше шансов выжить.
Так ты будешь стрелять? — в интонациях Ифена угадывалось непроизнесенное: «Или мне сделать это за тебя?».
     Эшаал вновь навел пистолет на чужака и тут же выстрелил, не оставляя себе времени на раздумья. Пистолет выплюнул разом целых шесть пуль — часть ушла в снег, другие же нашли свою цель. Чужак, вскрикнув от боли, упал на колени. Брызнула красная кровь. Она даже пахла странно. Не так, как у ангара и кеттов. Словами разницу Эшаал бы не выразил, даже если бы захотел, но отчетливо ощущал разницу. А вот пар от крови весагара поднимался точно так же, как от любой другой.
     Если Эшаал чуял кровь, учуют и звери, но об этом думать не хотелось. Разве мог он как-то помочь чужаку?
     Разве должен был?
Достаточно, — ладонь Гериин легла Эшаалу на плечо. — Уходим отсюда.
     Эшаал кивнул. Он не мог ничего ответить: язык присох к небу. Кратковременное облегчение, принесенное прикосновением Гериин, ушло, стоило только ей отнять руку. Эшаала трясло, но он послушно шел прочь, не оглядываясь. Не привык он бросать раненых. Ни зверей, ни ангара, ни врагов. Тут уж либо помочь, либо добить, но не так. Оставалось утешать себя мыслями о том, что весагара успеют подобрать своего первыми. А, может, пули задели какой-нибудь крупный сосуд, и смерть чужака будет быстрой?
     Они снова спустились в пещеры, уходя теперь уже другим путем. Теперь в центре шла Гериин — она потеряла много крови и ослабела, а потому нуждалась в защите больше, чем кто-либо. Только какой из Эшаала сейчас защитник? Погруженный в свои мысли, он едва замечал то, что происходило вокруг. Хуже того: пару раз ненамеренно ускоряя шаг, он натыкался на Гериин. Извинялся, когда та ахала от боли и хваталась за раненый бок, но надолго сосредоточиться на реальности не мог. И если вначале Ифен проигнорировал рассеяность Эшаала, то на второй раз не выдержал и заговорил.
Тебе его жалко, — Ифен не оборачивался, но угрюмая уверенность, звучащая в его голосе, давала понять: это был не вопрос.
     Эшаал помедлил. Звезды, как же ему было стыдно, что Ифен прав.
Да, — он опустил голову, за что тут же поплатился — стукнулся лбом о ледяной сталактит, который не заметил. — Что, если его найдут кетты?
     Уж лучше выводок ехидн. Да что угодно.
Весагара ничем не отличаются от кеттов и не заслуживают нашего сочувствия. Они сами выбрали свою судьбу, когда оставили свой дом, чтобы вторгнуться в наш.
     Ифен был абсолютно прав, но мерзкое чувство, терзающее душу Эшаала, никак не желало отступить. Будто они перешли черту, что отделяла ангара от лишенных чести и достоинства врагов. Будто поступили не лучше, чем весагара, поселившиеся на Кадаре.
     Ангара углублялись в пещеры, пока Гериин не остановилась и, сверившись с картой, не объявила:
Здесь подходящее место.
     Подходящее место для взрывчатки. Перед миссией им объясняли: некоторые туннели достаточно непрочные, и даже парочка гранат, оказавшихся где надо, сможет при необходимости обрушить стены. Из-за ошибки Эшаала эта необходимость возникла. Но, по крайней мере, он мог помочь Гериин — та была опытным сапером, но в нынешнем состоянии нуждалась в помощнике. Ифен только смотрел, отойдя на почтительное расстояние. В подрывном деле он не смыслил вообще ничего.
     Падающие сверху глыбы льда напоминали о недавнем обвале. Том самом, из-за которого все и произошло. Не окажись Эшаал тогда отделен от своих, ничего бы не произошло.
     По крайней мере, теперь он не один. И даже произнесенное Ифеном:
Нам предстоит многое обсудить, когда вернемся в Течикс, — и тяжелый взгляд Гериин, говорящий в точности то же самое, не пугали.

+1

39

     Дежавю? Не совсем, но что-то похожее Райли уже определенно видел. В «Цербере» столь примитивными методами не пользовались, а в Альнсе до такого не опускались, но Омега ― другое дело. Вывалившись на периферию жизни и обнаружив себя в самых грязных и криминальных трущобах Омеги, Райли быстро понял, что одиночка здесь ― либо скорый труп, либо неимоверно удачливый крутой перец. Неимоверно крутым (и, тем более, удачливым) он себя не считал и в трупы не торопился, так что, получив пару раз по шее, принялся навязываться в друзья то к одной, то к другой небольшой компании. Вместе сытнее, верно? Как маленькие хищники, практически беспомощные по одиночке, они сбивались в стайки, повышая свои шансы на выживание. Но, как и у любых хищников, законы у них были неизменно строгие, а вот справедливые ― не всегда.
     Райли помнил молоденькую наемницу: густой каштановый ежик с проседью, набитый в основании шеи варрен. Видно было, что жизнь ее потрепала, но как именно ― она не рассказывала. Избитая и растерянная, в тот день (или вечер? ночь?) она смотрела в лицо своего любовника сквозь прицел «Мотыги», а за ее спиной с пушками наголо сгрудились наемники и контрабандисты (и Райли в числе последних), которых этот любовник предал. Последняя на этой неделе порция красного песка, их надежда и утешение, ушла «Синим Светилам», потому что мальчишке вдруг захотелось подзаработать. Может, решил купить себе ствол побольше, а может, все бросить, вместе с любимой сесть на ближайший шаттл и начать новую жизнь в престижном секторе «Цитадели», ― кто знает? Приказ был прост: «Стреляй, или казнят обоих».
     И она выстрелила. По грязным щекам катились слезы, тело била лихорадочная дрожь. Знала бы, что этим ее проверка на лояльность не ограничится, следующую пулю пустила бы себе в лоб. Запах крови и гари кружил голову, вены жгла убийственная смесь из наркоты и медикаментов. Закончилось это… плохо. Почти наверняка плохо, память не сохранила. Разве что иногда во снах Райли смотрел в черные глаза бегущего по ее шее варрена и зло скалился на него в ответ.
     Но так то ― наемники на Омеге. Вечно голодные, с наспех перевязанными ранами, если не пьяные, так обдолбанные ― они могли и не понимать, что делают, но ангара? Эти большие, но добрые, открытые и эмоциональные существа, какими писали их рекламные сводки «Нексуса»?
     «Стреляй или…»
     Или что? Райли наверняка не знал, но почему-то не сомневался: наказание будет жестким.
     Эшаал медлил ― прямо как тогда, в пещере, в первые минуты их причудливого знакомства. Как и та наемница, он не хотел стрелять, и явная внутренняя борьба делала этих двоих ― девочку из прошлого и ангара из настоящего ― удивительно похожими друг на друга.
     «Нет, вы не можете, это несправедливо!»… Да кто его станет слушать? Ксеносы давно уже решали своим собственные проблемы, что им до судьбы чужака, у которого они, по каким-то особым соображениям, оказались не в состоянии отнять жизнь?
     Сперва Райли замер, потом отступил на шаг, опуская руку на рукоять «Шершня». Бежать было некуда, прятаться ― негде, и даже если он успеет…
     Не успеет. Не троих уж точно. Разве что спровоцирует не бросать его здесь, а пристрелить сразу. Если подумать, неплохой расклад… Но из двух зол Райли всегда выбирал то, где до смерти оставалось побольше времени. Потому что пока ты жив ― ты не проиграл.

     Грохнул выстрел. Ногу обожгло болью: одна пуля прошила икроножную мышцу, вторая раздробила колено. От спонтанной попытки на эту ногу опереться у Райли на секунду потемнело в глазах, и он безвольно повалился набок в забрызганный кровью снег. В ушах зазвенело, перебивая предупредительный писк системы жизнеобеспечения, а он только жадно хватал ртом воздух и баюкал свое изувеченное колено.
Ч-черт…
     «Но жив. Все-таки жив», ― пульсировало в мозгу.
     Ну как так-то? Почему? За что?! Чем он так прогневил эту гребанную вселенную? Все ведь было: и семья, и любимая, и работа, ― а теперь? Только боль, страх и угроза смерти. Словно сплошной бесконечный ночной кошмар…
     К тому моменту, как подействовал панацелин и отпустил приступ жуткой тахикардии, ангара уже ушли. Стиснув зубы, Райли активировал инструментрон и залатал оставшиеся в скафандре дыры. Связи по-прежнему не было, а система климат-контроля невозмутимо показывала остаток заряда на два часа. Пулевые отверстия ожидаемо не пошли ей на пользу.
Черт…
     Подрагивая от напряжения, Райли приподнялся и сел, стараясь не беспокоить ногу. Не вышло ― рыхлый снег под задницей просел на пару сантиметров, и в колено будто вогнали раскаленную иглу. Дыхание в горле сперло не столько даже от боли, сколько от обиды и злости.
     Да сколько можно-то?!
Пошли вы все нахер! ― крикнул он что было мочи, впечатывая кулак в сугроб. ― Альянс, Инициатива, ангара ― все!
     Ругался долго ― минуту, а то и две отборной остервенелой брани, от которой даже у самого матерого крогана заросли бы ушные дырки. Ругался, глотал слезы вперемешку с вязкой слюной и набирался решимости, чтобы подняться и, волоча ногу, двинуть в сторону Терве Уни. После первых нескольких шагов идти почему-то стало немного легче, но Райли все равно лишний раз смачно помянул по матушке всех своих обидчиков.
     Ледяная пустошь отозвалась воем ветра и далеким гулом подвижных тектонических плит.

+1


Вы здесь » MASS EFFECT FROM ASHES » Галактика Андромеда » Лед тронулся


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC