Пост месяца. Anders Dango Пишет
Anders Dango
в "Людоеды, червяк и гонки по вертикали"

Падальщики шастали возле двери: проскальзывали мимо едва уловимыми тенями, то прятались, то выглядывали из-за углов. Как только осмелели и решились, подошли ближе. Один состроил Андерсу рожу и улыбнулся — между зубами виднелись ошмётки мяса, на подбородке — коричневая, в полумраке пещер почти чёрная... читать дальше >>
Должники
ДОЛЖНИКИ ПО ПОСТАМ
Список тех, кто должен пост в сюжетный квест больше четырех дней. Осада - Джаннис Моро
Ростки ненависти - ГМ
Этот мир - наш Ад - Рита Ро
Впусти меня - Майя Джонс
Предел для бессмертных - Рита

MASS EFFECT FROM ASHES

Объявление

Сюжеты для квестов. Участвуйте в готовых сюжетах или предложите свой.
Жду тебя! Не забывайте про эту полезную акцию и находите друг друга.
2.9 [Кладоискатели] Новый квест

Тип нашей игры - эпизоды, рейтинг NC-21. 2187 год. Жнецы атакуют. Теория Карпишина
2819 год. Прибытие в галактику Андромеда.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MASS EFFECT FROM ASHES » Архив флешбека » Most Wanted


Most Wanted

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://s2.uploads.ru/BMFuQ.jpg
Тип квеста: личный
Описание: Группа гонконгcких налётчиков безнаказанно грабит грузовики корпорации "Синкай Груп", одного из негласных поставщиков оружия и военной электроники для "Цербера". Не имея официальной лицензии на предпринимательскую деятельность на Земле, "Цербер" первым ощущает на себе последствия методично спланированного разбоя. Глава корпорации Джанг Бэй предпочитает держать свой бизнес подальше от  детективов полиции Гонконга, которые годами безуспешно пытаются пролить свет на незаконную деятельность "Синкай Груп". Однако самоличные методы борьбы с налётчиками несут за собой лишь убытки, что очень быстро порождает недоверие "Цербера" к партнерству с китайской мафией. С большим трудом информаторам удаётся собрать воедино местные слухи и домыслы: банда орудует на четырех машинах чёрного цвета и не оставляет после себя никаких следов подтверждения своего существования - грузовики, водители и охрана пропадают без вести. Жители района, на территории которого происходят ограбления, негласно нарекли "призрачных" налетчиков броским прозвищем - "хай си рэн" или "черная четверка". И весьма неохотно говорят о них вслух, что затрудняет расследование, как для членов "Синкай Груп", так и для оперативницы "Цербера", которую отправили разоблачить личности преступников раньше, чем это сделает гонконгская мафия. 

Спустя неделю расследования Лисе удаётся обнаружить место слёта всех уличных гонщиков города. Местные верят в то, что "хай си рэн" тоже будут там и только лучшие из лучших смогут присоединится к банде, чтобы принять участие в рейде, а после баснословно разбогатеть от награбленного...
Дата: май, 2183 год
Участники: Jonathan Stinger, Lisa, Salt.

Отредактировано Jonathan Stinger (26 апреля, 2016г. 03:11)

+3

2

атмосферный бэкграунд

" - Гонконг - город, тонущий в неоновых огнях небоскрёбов. Настоящий рай для любителей ночной жизни. Мой отец как-то раз сказал мне: "Нет ничего прекраснее ночного неба, если ты смотришь на него из окон пентхауса Сентрал-Плаза". Хотя я и родился в Лондоне, бизнес отца сделал Гонконг городом моего детства. С чертовых пелёнок я смотрел на мир сверху и считал, что так будет всегда. Я тогда не понимал, что этим он пытался сказать мне, семилетнему, беззаботному сопляку: запомнить этот вид, чтобы всякий раз вспоминая его, видеть насколько изменился мой взгляд с тех пор. Дьявол... я даже не подозревал, что, когда-нибудь, задирая подбородок вверх, вместо звёзд мой взгляд охватит  восемьдесят этажей вверх, теряющихся в уличном смоге дорожной магистрали". 

Густой клубок сизо-белесого дыма вырвался из легких с очередным выдохом дорогого и редкого табака. Курящий мужчина, облокотившийся об капот черной Ламборгини Авентадор, задумчиво рассматривал горизонт. Полная луна была необычайно низка в небе сегодня, практически сливаясь с дорожкой, которую сама же оставила на черной воде Южно-Китайского моря. Портовый бриз противно веял холодом. Не смотря на жаркий май полуострова, тяжелый влажный воздух нёс предвестие приближающегося шторма. Надоедливый звук, доносящийся из коммуникатора, никак не замолкал, от чего хотелось навсегда заткнуть его, с хозяином по ту сторону линии в придаток. Автоответчик ответил спустя три коротких сигнала и динамик начал разрываться мужским, торопливым голосом.

- Джо-о-о-он, эй, ну хватит, мужик! Я знаю, что ты меня сейчас слушаешь. Абердин буквально сгорает от оборотов движков местных тачек и полуголых задниц телочек. Я бы на твоём месте поторопился... вот как уже полтора часа назад! Полтора часа? Мужик?! Ну, в конце концов, сколько можно, мы же договаривались присмотреть парочку духов на сегодняшнем заезде. Копы на коротком поводке у Цан И, она их буквально с руки кормит, а они вытанцовывают по каждой команде: "служить, комиссар Мо", ах-ха-ха-ха! Так и говорит, прикинь? Ты бы видел ещё эти фотки: голый Мо с кляпом во рту и его же полицейской дубинкой в заднице, ах-ха-ха! Цан И та ещё дьяволица. И как же, всё-таки, хорошо для "четверки", что старина Кох в таких завидных дружеских отношениях с крупнейшим организатором уличных гонок в Гонконге? Эй, эй! Ну, да, ты как обычно, наверное, кладешь на все мои заслуги свой императорский хрен. Что же ты за неблагодарный ублюдок, Стингер, черт бы тебя побрал?! Лучше бы хотя бы раз положил свой хрен в Цан И, она мне все мозги уже прожужжала о тебе.   
- Почему бы Цан И не засунуть твой хер тебе в глотку? Помогли бы мне с избавлением от головной боли, - хриплый низкий голос недовольно огрызнулся в ответ.
- О, так ты, всё-таки, слушал меня! Ха-ха, я так и знал! Тащи уже свою детку на трассу. Джанго и Йоко не терпится опробовать новую трансмиссию в деле. Ник из "Freaky Gear" вместе со своей компанией механиков поставили 5000 кредитов на то, что ты порвешь КПП на кольце Сайкун. Сказочный недомерок! Ты же понимаешь, что для ребят - это как плевок в лапшу родной матери? - вдруг голос говорливого мужчину прерывается, тянущийся как ирис, жалобой.
- Малыш, мне скучно... ты же обещал, что прокатишь меня и девочек по Абердину на твоём Авентадоре!
- На твоём, значит, - ядовито подмечает Стингер, поднося сигарету к губам и почти незаметно ухмыляясь.
- Ээээ, спокойно, крошка. Кох не треплется по чем зря! - взволнованно отвечает мужчина по ту сторону связи.
- Обычно не треплется, когда тонет в абердинском заливе, - снова ядовито отрезает Джон, зная, что его слова услышит только Кох.
- Малыш, ты меня очень расстраиваешь. Если Ламборгини не появится через 3 минуты, мы с девочками уходим? Угумс, и я скажу Цан И, что Кох и  его друзья совсем не отвечают за свои слова.
- Китайский магнитофон, Джон! Ты же всё слышал, мать твою... Эээ, нет, Лю, я не про твою мать.
Выдохнув дым и потушив сигарету об асфальт, Джон отключает коммуникатор, равнодушно прерывая связь. Не то чтобы он боялся подставить Коха и упустить шанс увидеть раздвинутые ноги легкомысленных девиц в салоне Авентадора. Просто у стервы Цан И были такие же стервозные сестры и подруги, как и она сама. И если на последних Стингеру было глубоко класть, то вот с первой дела обстояли не так гладко. Шан Цан И была женой покойного "головы дракона", лидера триады, что держал под контролем весь район и порт Абердин. Природная жесткость характера и острота ума позволили этой женщине собрать вокруг себя огромное количество полезных связей, которые после смерти мужа помогли удержать власть в её тонких, но цепких когтях. Закон правоохранительных органов Гонконга здесь имел малый вес. Местный прокурор и комиссар буквально сидели под натиском её каблука, а от федералов защищала лучшая из лучших армия юристов и адвокатов, так что сотрудники спецслужб и на 100 метров без разрешения не могли приблизиться к Цан И без ордера. Который, кстати, мог выдать только окружной судья, и тот, находящийся вот уже как 20 лет в сговоре с всей мафией города. Если ещё двести лет назад про Гонконг говорили, что это государство в государстве, то сейчас отдельным государством являлись ещё и районы города, частично подконтрольные влиянию местных триад. Каждый район жил по своим правилам, установленными мафией. И за всю историю у никого так ещё и не хватило сил покончить с сетями коррупционно-преступной паутины, охватившей чуть ли не весь промышленный и финансовый сектор. Контейнерные погрузчики в доках, набитые контрабандными тачками из Кореи, Японии и Сингапура, а так же, редкие модели турианского и азарийского производства - являлись основным источником доходом для триады Мраморной Черепахи, района Абердина, подконтрольной Шан Цан И.
Раз в пол года проводился незаконный слёт всех уличных гонщиков Гонконга и Китая. В это время Абердин был переполнен различными новомодными автомобилями, от тюнинга которых, порою невольно отвисала челюсть, а дыхание замирало. Впрочем, если говорить о слете, как о мероприятии, то слеталась сюда вся мошкара, у которой хватило оторвать от кармана 7 тысяч кредитов за вход. И если сказать, что таких было мало, то это ничего не сказать. Люди всех мастей, начиная от молокососов, висящих не шее родителей, до разыскиваемых властями преступников - все как один облепляли порт, как мотыльки городской фонарь. К какой же касте относился Джонатан? Пожалуй, к самой высокой - он был участником гонок, к которым допускалась только двадцатка лучших из лучших. И даже общий бизнес с триадой Мраморной Черепахи, не имел ничего общего с его положением. Своё место в гоночном ряду, Джон заслужил сам, здесь на дорогах ночного Гонконга. Он водил экстремально и агрессивно, под стать своему характеру, несколько раз разбивая машины в хлам, и, волею судьбы, не иначе, оставаясь после заездов живым. Его многие спрашивали, в чем же секрет подобного вождения? Не одолевает ли его страх при входе в очередной поворот на зашкаливающем спидометре? На что он отвечал всегда одинаково: "Жизнь уже давно похоронила меня, но забыла прикончить".

***

Черная Ламборгини неслась вдоль набережной на колоссальной скорости. Дистанция между дверями порта Абердина и машиной Стингера сокращалась с каждой секундой, предвещая летальную катастрофу, если он бы и дальше не стал бы сбавлять давление на педаль газа.
- Это черный Авентадор друзей госпожи Шан! Открывайте ворота, олухи, - громко рявкнул смотритель на стоящих внизу охранников, на что увальни отреагировали лишь несколько секунд спустя.
- Вот это тачка, я понимаю, - заворожено прошептал бугай, провожая шум электрического мотора перед собой.
- Посредственность. Видал здесь и покруче... - фыркнул второй, оглядывая более тюнинговые авто.
- Джон, Джо-о-о-н, Джон! А вот и он, хах! Легок на помине! Я же говорил, Лю, что Кох никогда не кидает слов на ветер. Уже готова просить прощение? - короткостриженный азиат в ярких, вычурных одеждах, самодовольно поправил темные очки на своей переносице и "по львиному" ухватился за талию своей подружки.
Джонатан же молчаливо вышел из машины и привычно присел на капот. Достав из кармана кожаной куртки пачку сигарет, он зубами вытащил одну из них и подкурил. Не торопясь втягивая дым вместе с портовым воздухом, он расслабленно закинул голову, глядя на небо, будто нарочно смотря куда угодно, но только не на эти раздражающие, знакомые и не знакомые, лица навязавшихся спутников.

офф:

Слоупок, который смог.  http://uploads.ru/i/6/a/S/6aSif.png
Если кто-то не уверен как появиться в игре, чтобы быстрее познакомиться, то предлагаю быть в компании подруги моего говорливого товарища или случайно оказаться хорошими знакомыми с ними и подойти к тусовке, whatever.)) 

Отредактировано Jonathan Stinger (26 апреля, 2016г. 03:08)

+2

3

офф

Как-то так.. Тапки и пинки принимаются xD

Звезда Китая, порт пряностей - прозвища, которым уже несколько столетий. Глупо было отказываться от возможности посетить этот город, даже если поездка должна была выдаться хлопотной и чересчур опасной. Лиса жадно втянула прохладный воздух, с высоты пика Виктория разглядывая живописные виды Гонконга. Умиротворяющее место. Отсюда даже светящиеся разноцветными огнями небоскребы кажутся игрушечными и далекими, будто сошедшими со страниц детской книжки о фантастике. Заманчивыми, красивыми, добрыми, не предвещающими беды. Иллюзия, быстро развеивающаяся, стоит спуститься вниз и погрузиться в суету обычной городской жизни, сочетающую в себе многовековые традиции и стремительное развитие технического прогресса.

Впрочем, для праздношатающихся туристов Гонконг всегда оставался гостеприимным. Приезжим  бездельникам незачем вникать в хитросплетения взаимоотношений местных триад, полиции и даже политиков из Пекина. Последнее было не обязательно и для агента "Цербера", но Лиса подходила к работе со всей тщательностью, считая, что информация лишней не бывает. Вот и сейчас, не просматривай инженер скрупулезно все сопутствующие файлы, не попалась бы ей на глаза фотография с приема в посольстве.
Засветившаяся на ней некая Алисия Стэнли, дочь британского политика, друга министра таможни Чжэн Ван Фэна, удивила Ермолову поразительным сходством с ней самой. Копнув чуть глубже, поначалу ради спортивного интереса, а позднее всерьез увлекшись, Лиса выяснила, что взбалмошную девицу, помешанную на уличных гонках, "добрый" папаша выставил из дома без гроша в кармане после какой-то темной истории.  Красавица, пару месяцев помыкавшись по друзьям, отправилась на Иллиум, где и загнулась от очередной дозы наркоты.
Возможно, кто-то другой на том бы и остановился, но Ермолова мгновенно оценила всю прелесть ситуации и перспективы разработки легенды. Люди, возникающие из ниоткуда, всегда подозрительны; люди, имеющие при этом деньги - вдвойне. Известное же прошлое усыпляет бдительность, а высокое положение мнимого папеньки и его друга-министра является неплохой  защитой - тем, кто живет контрабандой, ссориться с государственным чиновником, контрабанде и способствующим, крайне не выгодно.

Появление изрядно поиздержавшейся в своих беспутных странствиях гонщицы перед слетом в Гонконге выглядело вполне логичным, а привезенный с Иллиума азарийский "Шэкрен" привлекал к себе внимание. Не то чтобы Лисе сильно нравились инопланетные модели, но здесь подобное было в диковинку. Аура таинственности вокруг скандальной личности дочки знаменитого политика, редкое авто - всё это возбуждало любопытство и заставляло виться возле "Стэнли" самых разных людей. Кто-то почти незаметно наводил справки у персонала отеля, кто-то знакомился, зазывал на вечеринки или откровенно флиртовал. Раза три навестили и владельца автомастерской, в которой стоял "Шэкрен", но ничего путного так и не добились - вышедший в отставку агент "Цербера" Тенгфей никому сведений предоставлять не собирался.

Лиса же весело ухмылялась, шастая по барам, принимая участие в мелких уличных гонках и полностью оправдывая звание особы безрассудной. Впрочем, к веселью всё чаще примешивалось и чувство тревоги. Прошла уже неделя, а информации о разбоях и "хай си рэн" удалось собрать катастрофически мало. Тема для местных была словно под запретом, хотя и обросла множеством легенд, которым инженер не верила ни на йоту.
Однако определенных успехов ей всё же удалось добиться, умело распуская слухи о своем пошатнувшемся финансовом положении и продолжающихся семейных ссорах. Некто Кох, любитель развлечений и дам нетяжелого поведения, будучи в состоянии, именуемом на Родине Ермоловой "в дрова", обмолвился, что "черная четверка" непременно объявится на том самом неофициальном слете гонщиков.
- Говорят, "хай си рэн" выбирают лучших из лучших, а дальше... рев мотора, шальные кредиты и никаких границ, кроме линии горизонта, - вещал китаец, пьяно икая и рассматривая грудь "Алисии".
- Деньги мне бы сейчас не помешали, - мечтательно поддакнула ему инженер, выставляя свои прелести в самом выгодном ракурсе.
- Я бы мог... - Кох осекся и замолчал, ткнувшись носом в барную стойку, но оперативнице и этих слов оказалось достаточно. Пересказывал ли азиат чьи-то басни или правда был в курсе событий, к нему и его связям стоило присмотреться, чем и занялись информаторы "Цербера". Лиса же продолжала изображать наслаждающуюся вольной жизнью девицу.

Город накрыли клубы фиолетового полумрака. Вечер подходил к концу, но времени было еще достаточно, чтобы прогуляться по ночному рынку, точнее рынкам: нефритовому, шелковому, цветочному, продуктовому, антикварному, птичьему, всего и не упомнишь. Просто удивительно, как в Гонконге любят разную символику, приносящую удачу: четное число красных рыбок в аквариуме, нефритовые статуэтки, каких-то невзрачных птиц, копии праздничного дракона, утыканные ароматическими палочками. С последними было связанно старинное предание о монахе, избавившем Гонконг от крыс и чумы. Тенгфей рассказывал, только Лиса уже успела подзабыть подробности.

- Краска. Удача, - на выходе с ночного рынка незнакомая старуха настойчиво дернула оперативницу за рукав. - Май. Твой, - громко проскрипела она, добавив какую-то тарабарщину на китайском, которую инструментрон переводить отказался.
- Она говорит, что это твои цвета удачи в мае. Возьми платок, не пожалеешь, - бойко протараторил  торговец за ближайшим прилавком.
Только теперь Лиса заметила, что старая китаянка протягивает ей кусок шелковой ткани. Красивый. Переливающийся голубыми, лимонно-желтыми и розоватыми закатными оттенками.
- Удача, удача, - согласно закивала женщина. - Бери.
- Удача лишней не бывает, - весело протянула Ермолова и спросила. - Сколько?
Названная сумма оказалась приличной, но и натуральный китайский шелк стал в 22 веке редкостью. Оперативница присвистнула, но согласно кивнула, вложив в сморщенную ладонь пять сотенных кредиток. Настроение внезапно улучшилось.
- Вспомнишь меня, - прошамкало вслед. Лиса неопределенно повела плечами, нацепив на шею яркий платок.

В порту Абердин белоснежный "Шэкрен" тут же окружила толпа зевак, новых знакомых и просто любителей технических новинок. Кто-то мечтал заглянуть под капот авто, что до гонок было делать не принято, кто-то - его владелице под юбку, за что "Алисия" не без удовольствия пристрелила бы наглеца, но сути это не меняло. Разномастная толпа утомляла и вызывала горячее желание послать все эти радостные лица к ханаровой матери, но такова работа агента, на этот раз не самая грязная.
Подошел Кох с подружками, и Лисе пришлось минут десять изображать вежливый интерес, пока китаец расписывал все достоинства и недостатки местной элиты. Особенно он увлекся рассказом о собственной Ламборгини Авентадор, и восторженно повизгивающие девочки тут же пожелали на ней прокатиться, а инженер облегченно вздохнула, когда Кох удалился. Что же, возможно и сегодняшняя ночь не принесет ничего достойного внимания. В присутствии пышногрудых красоток азиат вряд ли сделает заманчивое предложение или станет снова болтать о четверке.

Пожалуй, стоит развеяться и пролететь разок-другой по городу. Гонконгу есть, что предложить хорошему гонщику. Холмистая местность, трассы, тоннели и непредсказуемые улицы, то прямые и широкие, то обрывающиеся немыслимыми зигзагами меж жилых новостроек. Будет весело, тем более вон та крашенная в рыжий дамочка, кажется, не прочь прокатиться. Ишь как сверлит раскосыми глазищами. Завидует.

От размышлений Лису отвлек звук мотора - в ворота порта въезжала черная Ламборгини Авентадор, к которой тут же бросился Кох.
- Джон, Джо-о-о-н, Джон! А вот и он, хах! Легок на помине! Я же говорил, Лю, что Кох никогда не кидает слов на ветер. Уже готова просить прощение? - сквозь музыку и порыкивание двигателей инженер расслышала торопливое квохтанье азиата. - Алисия, глянь, вот та тачка, о которой я тебе рассказывал!
Оперативница приблизилась не спеша, придирчивым взглядом окидывая авто, тут же обступившую его толпу и незнакомого гонщика, присевшего на капот и излучавшего ауру полного презрения ко всем окружающим.
- Так это и есть твой Авентадор, - наконец Лиса широко улыбнулась, хотя, при желании, в её приветливой улыбке можно было угадать что-то хорошо откорректированное, ледяное. Сейчас она наслаждалась легким смущением хвастливого китайца. - Любопытно увидеть в деле машину, лучшую во всем Гонконге, да и Китае, - будто не замечая, как Кох стремительно зеленеет, "Стэнли" невинно поинтересовалась. - Сам будешь за рулем?

+2

4

Хотелось бы сказать, что сегодня звёзды были необычайно яркими, а их свет завораживающим. И тогда продолжительное игнорирование всего происходящего показалось бы загадочным и даже романтичным, но... черта с два. Если бы у луны был средний палец, то сейчас именно его она показывала Джону, закутываясь в густые смолистые тучи. На небе не было видно ни единой звезды, а из Стингера был такой же романтик, как из Коха гонщик. И пока последний продолжал чесать языком слух впечатлительных смазливых девиц, Джон продолжал безучастно курить "в стороне", при этом, иронично, но оставаясь в центре внимания. Общество уличного Гонконга всегда знало своих лучших гонщиков в лицо. И хотя Стингеру отчасти не нравилось то, что его имя на виду, слухи о связи с триадой всё же отпугивали нежелательные знакомства, но не избавляли от новых - менее нежелательных.

- Любопытно увидеть в деле машину, лучшую во всем Гонконге, да и Китае, - женский незнакомый голос вывел Джона из мысленной петли, и, он лениво опустил взор на источник чересчур равнодушного тембра, как для предполагаемой подружки своего приятеля.
" - Не местная" - скупой осмотр очередной жертвы "коховой лапши" быстро подошел к концу, ибо более не имел причин для продолжения. Запомнить всех подружек Коха тоже самое, что выучить таблицу Менделеева, в которой ещё и не хватит места под все "элементы". Джон даже не пытался различать их, на что девушки часто обижались, но всё равно велись на этот образ "крутого парня" и прочую белиберду, которая рождалась только "в лоне" женского воображения.  Сам же Стингер таковым себя не считал и никогда не понимал, что же такого привлекательного в образе эгоистичного ублюдка  рассмотрели. Да, возможно, внешне он вполне был неплох собой, но черная слава давно должна была это перечеркнуть. Хотя тот факт, что девушки, по-прежнему, с интересом лишь наблюдали за ним, так и не решаясь что-то сказать, говорил о том, что тот случай со стриптизершей ещё на слуху. Пол года назад Стингер отрезал ей язык за то, что тот оказался слишком длинным и обложенным клеветой в его адрес. Жестоко, но триады делали вещи куда хуже и за меньшие проступки.

Одна из азиаток, которую сопровождал Кох, с любопытством начала рассматривать "своего парня", подначивая того взглядом на мотив "ну же, скажи ей какой ты крутой". В ответ Кох замялся, отшучиваясь, то и дело, бегая глазами со своих подружек на Джона и с Джона вновь на подружек. Что же до самого Джона, он, по-прежнему, безмолвно сидел на капоте машины. Сигарета медленно тлела в его зубах, добавляя напряжения в неловкую для Коха ситуацию.

- Сам будешь за рулем? - та же невпечатлительная девушка продолжила тираду, видимо, догадавшись о сорте лапши, навешанной на её уши. Кох скорчил гримасу, подавая Стингеру условные знаки слегка легким киванием головы, затем подмаргиванием и, в довершении, раздраженным нашептыванием, которое продолжало успешно игнорироваться.
- Вот же мудак...
- Что ты сказал? - азиатка в недоумении поморщила нос и вскинула бровь.
- Алисия, детка... - начал азиат, игнорируя вопрос девушки, - на самом деле, конечно, я бы с удовольствием порвал эту трассу сосунков в клочья, но просто так уж вышло, что... производственная травма! Я ведь держу несколько станций технического обслуживания, очень популярных в Гонконге, кстати, - не смотря на то, что это была откровенная ложь, держался азиат хорошо. Видимо, врать он научился раньше, чем ходить под стол. Если же посмотреть на Джона, то можно было заметить, как уголки его губ с каждым словом Коха, помноженным на импровизированное вранье, издевательски приподнимались вверх.   
-  Cама знаешь, каковы последствия от поврежденного запястья для профессионального гонщика, поэтому... - не успел Кох договорить, как ключи от Авентадора приземлились в его ладонь. В эту же секунду Абердин наполнился громким женским голосом, а на горизонте, в стороне моря, появилась большая проекция азиатской женщины в шелках роскошного черного платья с вышивками из золотых черепах.

- Дамы и господа, я рада приветствовать Вас нас гостеприимной земле Гонконга, в самом сердце его прибережных просторов, жемчужины - порта Абердин... - голос женщины звучал властно и выразительно, заставив кричащую музыку с салонов автомобилей резко заглохнуть, а их владельцев бросить все свои дела. 

- О, боже, это же госпожа Шан! - вскрикнула восторженно одна из девушек.
-  Прекрасное платье. У сестры всегда был хороший вкус, - хвастливо подметила вторая, наглядно гордясь своей родственной связью со столь значимой личностью.
- Я так тебе завидую, Лю. Как бы я хотела, чтобы моя старшая сестра была такой же классной, - жалостливо протянула первая девушка.
- Ещё бы, Цан И - самая лучшая, даже сами "хай си рэн" ничего не могут сделать без её разрешения, да, малыш? - Лю перевела взгляд на Коха, который до сих в недоумении смотрел на ключи от Авентадора. Янтарные глаза Джона недобро сузились об упоминании того, "о ком говорить не принято". Если только этот бабник сболтнул лишнего, если только обронил одно неосторожное слово... Кох же, заприметив на себе взгляд Стингера, мысленно сдирающего с него кожу, нервно сглотнул и неуверенно промямлил в ответ:
- Да... наверное, по крайней мере, я так слышал. Не будем об этом, сама знаешь, упоминать четверку - дурной знак*, а нам же не нужны неприятности в столь прекрасный вечер, верно?
Девушка пожала плечами и все продолжили слушать речь Цан И.

- ... в последние дни в мой адрес поступали многочисленные обращения и жалобы от моих коллег, представителей районных советов, рядовых жителей, обеспокоенных ситуацией, сложившейся в городе при проведении гонок, с настоятельным требованием незамедлительно и навсегда прервать это мероприятие.
Толпа тут же разразилась недовольством и оскорбительными криками.
- В п**ду их требования!
- Да! Пошли они все на х*р!
- К черту волю властей!

Улыбка Цан И лукаво расширилась, женщина нарочно манипулировала толпой и, стоит отметить, у неё это прекрасно получалось.
- Как вы думаете, что я им ответила? Что плевать я хотела на их требования! Они такое же НИЧТО, как и их нелепые жалобы и угрозы. Куча дерьма, которая уволилась в кресла госслужащих и возомнила, что имеет право нами командовать! Нам, жителям свободного города Гонконга. Никто не смеет нам приказывать. НИКТО, слышите?
- ДАА!
- Так их!
- Гонконг - наш город!
- Сточному дерьму место в канализационном водосливе!
- Я всегда ценила и буду ценить традицию, которой уже больше 200 лет от роду. В эту ночь улицы утонут в вое наших моторов, а воздух наполнится запахом жженной резины при очередном повороте. Майский Абердинский слёт официально объявляется открытым!

" - Этой змее самое место среди политиков, язык так и хлещет ядом из предвыборных обещаний"
Разогретая толпа ожидаемо разразилась кульминационным воплем и свистом, а Абердин погрузился в свет нескольких десятков прожекторов. Когда голограмма пропала, мужской голос информативно продолжил:
-  Лучшие из лучших, гонщики Гонконга, всего Китая и иностранные гости, через 20 минут состоится спринтовой заезд от Абердина до Гонконг Плаза района Сайвань. Просьба всем гонщикам выстроится в гоночный ряд, а зрителей и болельщиков затаить дыхание в предвкушении... СЕГОДНЯ МЫ ЗАЖИГАЕМ ПО ПОЛНОЙ!
После слов ведущего инструментрон Джона активировался ярко-оранжевым светом, плавно выстраивающегося голо-проекцию гоночного маршрута.   
- Это он из двадцатки, но почему не ты?! - Лю ошарашено посмотрела на Коха, а затем на Стингера, как и все остальные в компании, окружившей Авентадор.
Джон лениво оттолкнулся от капота и затушил сигарету об асфальт. Медленно проходя мимо Коха, он остановился напротив его плеча и положил на него руку.
- Я перешлю тебе маршрут. Удачи, брат, - после чего, как ни в чем не бывало, возобновил шаг, намереваясь оставить компанию.
Это было так жестоко с его стороны, но Джон просто не мог удержаться от издевательств после того, что услышал. Кох стоял, как в землю вкопанный, после чего панически метнулся вслед уходящему Стингеру, который в самом деле подумывал оставить заезд Коху. С самого начала Джонатан не хотел привлекать к себе лишнего внимания. Он без труда мог отметить лучших в гонке, не участвуя в гонке, но... нет же. Кох настаивал на участии. Уверял о нуждах укрепления влиянии перед Цан И и обществом "уличного" Гонконга. Упорно прогнозировал выгоду. Но изначально это всё выглядело, как прозрачная попытка выпендрижника зарисоваться и подмять под себя чужие услуги. Джон и так согласился на показательное выступление по "доброте душевной", но, видимо, на сегодня её лимит преждевременно исчерпался...

_________
* - Цифра 4 в Китае считается самой страшной. Благодаря такому отношению китайцев возник даже специальный термин «терафобия» — боязнь цифры 4. Цифра 4 в Китае звучит приблизительно также как слово «смерть». Четыре — 四 Sì, смерть — 死亡 Sǐwáng.

Отредактировано Jonathan Stinger (31 мая, 2016г. 23:22)

+3

5

При участии товарища Стингера

Реакция китайца и последовавшая за ней красноречивая пантомима Ермолову изрядно позабавили. Возможно, она и не собиралась ставить Коха в неудобное положение, но зачем отказывать себе в маленьких удовольствиях, особенно при такой нервной работе?
- Запястье? Значит, ты сам готовишь и проверяешь тачки перед гонками, лазая под подъемниками? - "Алисия" резко присела у низкого сверкающего бока Авентадора, - Неосмотрительно не соблюдать технику безопасности во время работ. Причиной был этот красавец?
Машина и вправду заинтересовала Ермолову. С её инженерской дотошностью и стремлением выяснить кучу нюансов она бы с удовольствием вынесла все мозги за чашкой кофе и Коху и его мрачному партнеру, только что швырнувшему ключи в ладонь китайца, но шоу начиналось. И госпожу Шан стоило послушать.
- Дамы и господа, я рада приветствовать Вас нас гостеприимной земле Гонконга, в самом сердце его прибережных просторов, жемчужины - порта Абердин...
Вранье. Глупое и наглое. Нет у вас никакой воли, нет никакой свободы. Вы живете до тех пор, пока вам позволяет власть и пока ей это выгодно. Лишь ячейка во многомиллиардной галактике. Исполнители. Встанешь поперек, и тебя, королева, отправят кормить рыб, заменив на более покладистую.
- Ещё бы, Цан И - самая лучшая, даже сами "хай си рэн" ничего не могут сделать без её разрешения, да, малыш?
Язычки подружек Коха даже во время пафосных речей продолжали работать с пользой. Знают. Хвастался. Связан? Похоже, крючок был верным.
И опять мимолетный злой взгляд со стороны гонщика, и опять беспомощные оправдания китайца.
Слишком очевидно.
Остальные напыщенные речи местной королевы для Лисы не стоили ровным счетом ничего. Навлекать гнев властей она на себя не захочет, значит ни в коем случае не тронет дочь высокопоставленного политика. Что-то менять в устоявшейся здесь системе - не в интересах Цербера и Призрака. Нужно лишь разобраться и подкорректировать винтики, переставшие работать должным образом. Переплавить контакты.
Но сейчас нащупанная ниточка ускользала. Уходила вместе с растерянным китайцем, бросившимся вслед за, как его там звали, Джоном?

- Кстати, а почему ты мне вчера так и не ответила после гонок в клубе? Я махала-махала, а ты прям пробежала в свой скромный Майбах, и даже не за руль? - "Алисия" обиженно фыркнула. - И светлый парик тебе абсолютно не идет!
- Вчера?! - девица аж попятилась и возмущенно одернула короткую блестящую юбку. - Пи просил вчера сидеть дома, сказал, что позвонит, но у него были дела.
- ПИ? Так значит вы уже и прозвищами обменялись? Мне он вчера не говорил ничего! - вторая пассия Коха у же нахмурила густые брови. 
- Угадай с трех раз, почему?

- Потому что он был не с тобой и не со мной, а с какой-то шлюхой? В твоей тачке?
Жажда мести всё нарастала, а бедный Кох, ничего не подозревая, уже догонял незнакомого гонщика, хватая его за руки.
-  Хм.. так значит он напился и кричал о свадьбе не с тобой?
Последний шар в лузу был брошен вовремя. Обе девушки разом обернулись, а потом, чуть покачиваясь на каблуках, двинулись в сторону Коха. Лиса нехорошо улыбалась.
- ГАДИНА! СУКА! - шпилька снятой туфли врезала любвеобильному азиату по макушке. Вторая девица с визгом прыгнула ему на спину, царапая затылок и руки, которыми он прикрывал лицо.
- ПОЛУЧИ! - еще одна дамочка, вынырнувшая из света фар, ударила острым мыском прямо в рожу китайца. - Давно мечтала это сделать!
Секунд через пять ключи от  Авентадора зазвенели по асфальту. Избивающим объект своих вожделений девицам было не до них, а вот Лисе...
Инженер с холодной ухмылкой подобрала ключи и приблизилась к темноволосому незнакомцу. 
- Кажется, это твоё? Или позволишь мне сесть за руль?
До старта оставалось полторы минуты.
Мужчина с долей презрения осматривал, как "фурии" расцарапывают свою жертву. Он мог вмешаться и за пару секунд раскидать этот курятник по углам, но предпочел попросту не марать руки. Джон перевел взгляд на девушку, которая держала ключи от Авентадора. В его глазах мелькнуло ощутимое раздражение, которое быстро сменилось циничной насмешкой:
-  Можешь порулить... у меня на коленях, - мужчина подошел почти вплотную к Алисии, отвечая на дерзость дерзостью. После чего молча забрал ключи, направившись назад к черной Ламборгини.
- Ты не стоишь того, чтобы врезаться в столб или хотя бы проиграть, - легко парировала "Стэнли" и развернулась. Белое чудо азарийской техники просто обязано сегодня не подвести.

К линии старта вышла пышногрудая азиатка. Бюстгальтера на ней уже не было, значит девица сейчас сдернет яркую тряпочку, прикрывающую все самые интимные места. Хотя какая ей, Лисе, разница до традиций Звезды Китая? Ей даже не было дела до новых, напутственных слов самопровозглашенной королевы Гонконга. Впереди был сухой асфальт, изученные повороты и линия горизонта, которую не поймать никогда.
Рев моторов повис в ушах привычной стеной. Инженер не оглядывалась, не крутила башкой, для того, чтобы посмотреть на неудачников, зацепивших друг друга прямо на старте. Улица, поворот, подъем. Вы рассчитывали, что придурочные гости оставят здесь свои денежки и полюбуются видами города с пика Виктория? Выразят восхищение вашим гостеприимством и уберутся восвояси? Нет, Лиса не собиралась отдавать никому ни сантиметра этой трассы.

+3

6

музыка в машине)

- Ты не стоишь того, чтобы врезаться в столб или хотя бы проиграть, - Джон сделал вид, что не услышал попытку этой дрянной девчонки оставить за собой последнее слово. Вопреки недавнему раздражению, сейчас он улыбался. Эта Алисия на своём вылизанном до блеска «Шекрене»: очередная смазливая вертихвостка или та ещё штучка? Вела она себя достаточно нагло, а значит, была либо глупа, либо имела крышу, которая в случае чего защитит её гладкое личико от жесткого удара в грязь. Так или иначе, будь она хоть правнучкой императора в десятом колене, этот вызов станет местом, где она раз и навсегда похоронит свою гордость… под колесами черного Авентадора.
Аккуратно положив ладонь правой руки на руль, Стингер расслабленно облокотился об кожаное кресло. Свободная рука нажала по паре кнопок бортовой панели и салон автомобиля заполнился тяжелой гитарной партией. Женский силуэт на стартовой прямой, окутанный дымом, плавно извивался в откровенном танце, готовясь обнажить те немногие части своего тела, что всё ещё оставались скрытыми. Красный платок медленно сползает с груди девушки, резко сдираясь вверх - педаль газа мгновенно впечатывается вниз до упора. Десятки двигателей взвывают от количества оборотов. Трасса молниеносно погружается в безумный овердрайв тюнингованых тачек, готовых раздавить друг друга за единственный лидирующий метр в этой гонке. Но сколько бы они не разгрызали друг другу бампера и капоты на старте, тараня и переворачивая друг друга, победителем в этой битве выйдет только один – тот, кто  сумеет «дожить» до финиша.

Стингер уже не один год варился в этом бизнесе и прекрасно знал, что первые ряды на гонках без правил – это самая настоящая автомобильная скотобойня. Если ты в первом или втором, то у тебя всего два выхода: свалка или прорыв вперёд. С последним, куда сложнее, обезумевшие шакалы в адреналиновом угаре будут сжирать тебя заживо – с особым извращением сдирая с тачки последние «лоскуты кожи». В бой идут любыми подручные модификации, начиная с портативных ЭМИ-девайсов, заканчивая выдвижными лезвиями и мини гранатами-липучками. Почему же не полноценными спросите вы? А потому что «официально» на Абердинском слёте запрещены намеренные убийства. Разреши Цан И подобное, то получила бы одно сплошное месиво из мёртвых водителей и их размазанных тачек. Но отнюдь не страх правительственных разборок или десятки загубленных душ беспокоили Шан, а понесенные убытки от подобного эпилога её мероприятия. Алчную змею всегда беспокоили лишь кредиты посетителей, которые она из них планомерно выкачивала два раза в год. А гора трупов вряд ли приносит что-то кроме паники и медицинских бригад вокруг. Поэтому зачастую машины с недостаточным уровнем безопасности не проходили отбор и не допускались к гонке. Без аварий на слёте никогда не обходилось, а вот катастрофы случались крайне редко. Но никто от них застрахован, конечно же, не был.

Джон стоял самым правым в шестом ряду, а вот девчонка на белом «Шекрене» попала в самое сердце преисподней – центр второго ряда. Он уже мог мысленно отсчитывать секунды до момента, когда она впечатается в собою же упомянутый столб.   
- Жаль будет, если разобьешься, разглядывать позор на твоём изувеченном лице будет уже не так интересно, - издевательски протянул Стингер, выкручивая руль влево и нарочно пропуская петушащихся между собой Мазератти вперёд. И с наслаждением наблюдая за тем, как они оба живописно переворачиваются спустя всего 100 метров.
- Придурки, - подмечает сквозь насмешку Джон, стараясь держаться поодаль разборок в центре дороги. Аккуратность приносит в жертву скорость и очень скоро «Шекрен» пропадает с его области видимости. Любой бы другой на месте Стингера запаниковал бы: как это так  - ведь он плетётся в самом конце хвоста. Это же спринт, мать его, а не кольцевая, где можно плестись в заду все круга, а потом резко «просраться» и сделать всех выдохшихся забияк впереди. Но Джон знал, что делает. На этой трассе главное выждать момент, вовремя втопить заряд реактивного ускорителя, чтобы за несколько секунд сравняться с лидерами гонки. И когда он сравняется, обогнать его они уже не смогут, потому что место под солнцем им, наверняка, досталось тщательным выгрызанием дороги под реактивным ускорением. Даже запасливым придётся потягаться с Джоном в маневренности, а он в ней был, без преувеличений, чертовски хорош. Так или иначе, только тогда начнётся настоящая гонка профессионалов…

- Джон, это Йоко. Ты где? – едва слышный голос с трудом пробивается сквозь гремящий на весь салон рок, - Ответь! Это срочно, черт возьми!
Стингер прикручивает громкость, и, не сводя глаз с дороги, раздраженно отвечает:
- Ну, что такое? Я почти доехал до кольца Сайкун. Поговорим после гонки.
- Нет, поговорим сейчас. Коха забрали люди Цан И, - голос девушки звучит серьёзным.
- И? На каком моменте я должен удивиться? – глаза мужчины настороженно сужаются.
- Она сдала нас «Синкай».
На какой-то момент Джону показалось, что он забыл как говорить. Это был шок. Отстраненно наблюдая за белой разметкой на дороге, он продолжал рулить, всё сильнее надавливая на педаль.
- Убирайся оттуда, Джон. Срать на гонку… Джон… Джон… Слышишь? 
Но сам мужчина был слишком ошарашен развернувшейся картиной на горизонте, дабы сказать что-то:
- Я перезвоню, Йо, - не дожидаясь ответа, Стингер обрывает связь и резко тормозит.
Ярко алые языки пламени вздымаются вверх в ночное небо, разгораясь всё ярче на остатках катастрофы. Несколько обожженных тел гонщиков похороненные заживо в своих автомобилях медленно догорают в них. Разбитый, не загоревшейся белый «Шекрен» первым привлекает внимание Джона. Отворяя дверь Авентадора, Стингер выбегает на улицу и бежит в сторону «Шекрена». Заглядывая в салон, но, не разглядывая там ничего из-за тонировки стёкол, он пару раз бьет кулаком по окну, пытаясь докричаться до водительницы авто:
- Эй! Ты там живая? Открой дверь! Эй!
Но ответа от девушки он так и не получает…

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+2

7

Вырваться из развернувшейся на трассе преисподней оказалось куда сложнее, чем рассчитывала мнимая Алисия. Буквально через несколько секунд в корпус набирающего скорость Шекрена  прилетел мощный ЭМИ-заряд, способный вывести из строя ряд электронных систем азарийского белоснежного чуда, если бы не защита. И всё же панель перед глазами юной гонщицы жалобно пиликнула и мигнула; тревожным красным огоньком вспыхнул сигнал об отказе сразу трех датчиков, отвечающих за правильное распределение энергии. Мотор болида будто поперхнулся, как аллигатор, заглотивший слишком большую кость. Цифра набора оборотов замерла на месте, а затем начала стремительно падать, Лиса же зло выругалась и вывернула руль, уходя от бокового тарана, - проклятый Шекрен теперь угодил в самое месиво.

Чертовы китайцы, чертов Тенгфей со своей философией о честной игре!

   Нет смысла перераспределять энергию, за незаслуженную победу не только не получишь уважения, за неё могут даже убить, - ехидно передразнила Ермолова бывшего церберовского агента. - Только что толку, если ты сам станешь трупом в процессе, а тот говнюк на красной турианской тачке, -  названия которой Лиса так и не запомнила, - будет потом оправдываться? Лично мне уже станет всё равно после отказа тормозной системы и столкновения на полном ходу со стеной ближайшего дома. Обойдетесь!

Еще удар, на этот раз в правое заднее крыло с явным намерением нарушить траекторию движения и развернуть Шекрен, выкинув с трассы, еще один плавный поворот руля и уход с набором скорости. Недостаточным набором, но этого хватает, чтобы вперед вырвались всего трое: тот самый хищного вида красный турианский болид, крупный и серый, ничем не примечательный BMW и зажатый между ними, сверкающий вмятинами на белоснежном корпусе Шекрен. Еще около шести-семи машин следовало чуть позади, не имея пока возможности приблизиться и сократить дистанцию хоть на дюйм, но и не отставая, как стая волков, гонящих жертву и уже дышащих ей в спину зловонным и тяжелым смрадом из раскрытых пастей. В непрекращающемся рёве моторов Лисе так и чудилось щелканье оскаленных зубов, стремящихся дотянуться до жертвы.

Дальше был поворот, настолько крутой, что даже идущим плотной группой гонщикам пришлось рассыпаться и не рисковать. Лиса притормозила, резко сбрасывая скорость, пропуская соперников вперед и аккуратно входя в занос у самой "бровки" трассы. Мимо, со скрежетом вращаясь, пролетел темно-синий Кадиллак - ему сегодня не повезло.

Отлично! Будет несколько секунд для того, чтобы перекинуть нагрузку, перезагрузить системы, пока эти идиоты бодаются дальше между собой на спуске и подъёме, а там... разберемся, - инженер потянулась к кнопкам на панели, но еще один удар, на этот раз в левое крыло Шекрена, практически влепил машину в отбойник. Лиса вскрикнула от страха, с трудом выкручивая руль и наблюдая, как мимо проносятся две черные Хонды, как одна из них резко разворачивается, перекрывая путь другим гонщикам, и взрывается, а вторая лишь вспыхивает, врезавшись в кого-то, но вакханалию из горящих обломков, предсмертных криков и плавящегося металла уже не остановить - Ермолову несло в самое пекло. Она что есть силы нажала на тормоз и вновь вывернула руль, надеясь лишь на чудо.

Какого черта?! Что это было? - инженер выскочила из машины и метнулась к ближайшему зданию. В ушах застыли полные нескончаемой боли вопли - некоторые попавшие в эту спланированную мясорубку гонщики были еще живы и горели, зажатые в своих авто. Увы, Лиса ничем не могла им помочь.
Не повод умереть вместе с ними, вторая машина не взорвалась, остальные снесет в любую секунду, - стиснув зубы, оперативница наблюдала, как из объятого пламенем BMW вываливается горящее тело, корчась на мостовой и стараясь отползти. Нет, и с этим уже ничего не поделаешь.

Некоторое время ничего не происходило, лишь только легкий ночной воздух наполнялся запахами гари. Никто не спешил на помощь попавшим в аварию или же... добить выживших? Лиса не знала и не понимала, что здесь творится. Рев мотора приближающегося авто заставил её сильнее вжаться в стену и активировать инструментрон. Если это киллеры, организовавшие чудовищную катастрофу, она их достойно встретит...

Но нет, неподалеку от горящих машин остановился черный Авентадор, водитель бросился к пустому Шекрену, стуча в стекло. Он не был похож на убийцу, устроившего всю эту катавасию с суровой и расчетливой жестокостью, и всё же сейчас должен был умереть, как только пламя охватит вторую Хонду, которая так и не взорвалась.

Секунды тянулись томительно, будто отсчитывая время жизни, отведенное незнакомцу из Авентадора, наконец Лиса выскочила на мостовую, проскользнув мимо горящих машин, ухватила гонщика за руку и заорала:
- ДА НЕТ ТАМ НИКОГО! Сожри тебя кроган, чертов рыцарь! Хонда... черная! Сейчас рванет, КОСТЕЙ НЕ СОБЕРЕМ! БЕЖИМ!
Позади незадачливых гонщиков прозвучал резкий хлопок, в спины ударило что-то тяжелое, швыряя их на землю, а в чистое небо Гонконга взметнулся огромный столп пламени.

+1

8

Только решишь погеройствовать, а это геройство тут же выйдет тебе боком с довеском. Ну, и поделом – в следующий раз сто раз подумаешь о том, стоит ли браться за то, чего не умеешь.
Хонда рванула, как новогодний фейерверк: пламя взметнулось ввысь, а обгоревшие части из пластика и металла, словно, конфетти разлетелись по округе. Вот так заезд выдался. Взрывной во всех смыслах. Если бы «принцесса» вовремя не окликнула «рыцаря» от своего спасения, то тот наверняка был бы уже на полпути к Вальхалле… для неудачников.
Контузия от ударной волны выдалась крепкой. Тело резко впечаталось в асфальт, а острая боль волной пробежалась по позвоночнику и остановилась где-то в области правой почки. Джон с рыком стиснул зубы, удерживая в себе крик агонии. Впрочем, всегда могло быть хуже. Ему не снесло голову, а это уже что-то, даже неплохо, но вот гонщице, нерушимо лежащей на асфальте рядом, повезло не так сильно.

- Очнись, принцесса, - сказал Стингер, перевернув, (как её там звали?) Алисию, на спину, и пару раз встряхнул девушку, удерживая правой рукой её плечи.
Но сколько бы он не старался, все попытки были безуспешны. Глаза «спящей красавицы» оставались закрытыми. Её шея расслабленно «каталась» по инерции в воздухе, а ветер настойчиво продолжал растрепывать длинные волосы.
- Черт, - тихо ругнулся Джон, и, взяв гонщицу на руки, направился к Авентадору.
Посадив девушку на пассажирское сидение, Стингер сел за руль. Комлинк разрывался от входящих звонков. Двое… или трое одновременно? Сбросив один из ненужных, Джон активировал линию с Йоко:
- Ты жив?! – послышался взволнованный женский голос.
- Да, - коротко ответил мужчина.
- Я уже не надеялась услышать тебя снова. Где ты?
- Всё там же.
- Почему ты до сих пор не уехал?!
Стингер окинул бессознательную гонщицу взглядом, и, убедившись, что она всё ещё не пришла в себя, через пару секунд завёл машину.
- Спасал глупую кошку.
- Кошку… КОШКУ?! ТЕБЯ ХОТЯТ УБИТЬ, СТИНГЕР. СВАЛИВАЙ, МАТЬ ТВОЮ! КАКОЕ ИЗ ЭТИХ СЛОВ ТЫ ПЛОХО РАССЛЫШАЛ?!
- Не ори. У меня и так башка раскалывается, - огрызнулся Джон, растирая пульсирующий висок, - Лучше расскажи подробнее, что там с Кохом. Я до сих пор не могу поверить в то, что Цан И сдала нас.
- Кажется, «Синкай» предложили ей более выгодные условия, - неуверенно ответила женщина.
- Какие ещё условия? Цан И ненавидит «Синкай», - обнаружив на пальцах кровь, Стингер тихо чертыхнулся и вытер их об футболку.
- Я тоже так думала, но…
Слова Йоко внезапно перебил вновь оживший комлинк.
- Это Кох! Я перезвоню, - Джон, обрадовавшись, переключает линию, так и не дождавшись ответа подруги, - Что за цирк ты устроил? – гневный вопрос вырывается сам по себе.
- Стингер… какая досадная неожиданность, - но тем, кто ответил, был отнюдь не тот знакомый голос хвастуна, что вечно влипал в передряги. Этот властный тембр, напоминающий тихое шипение кобры, мог принадлежать лишь одной женщине в Гонконге.
- Кажется, ты не единственная, кого я удивил сегодня, Шан… и не последняя, - тон Джона моментально черствеет, педаль газа сильнее продавливается в основание Авентадора по мере того, как машина набирает скорости.
- Какая интригующая угроза. Я бы даже заинтересовалась, если бы не знала, что у тебя ничего нет, - голос женщины звучал скучающе.
- Значит, твои знания оставляют желать лучшего, - грубо парировал Стингер.
На пару секунд самоуверенный, неторопливый голос «кобры» стих, но Джон буквально чувствовал зародившееся сомнение на лице Цан И.
- Молчишь. Сомневаешься. Пересматриваешь варианты. Прикидываешь, где же ты могла просчитаться. Правда в том, что ты проиграла ровно с того момента, когда заключила сделку с «Синкай».
- Не пытайся меня запутать или запугать, Джонатан. Помни, что твоя ватага всё это время гоняла по улицам только лишь потому, что мне так хотелось. Сейчас ты  бесполезен, а я терпеть не могу мусор на своих дорогах, - равнодушно промолвила Шан, но нотка раздражения в голосе, всё же, просочилась сквозь непоколебимость гангстерши.
- И всё же ты позволила мусору из «Синкай» наплевать на правила гонки и превратить её в настоящую огненную помойку ради одного бесполезного меня, - ехидная ухмылка мелькнула на лице Стингера, - Не многовато ли убытков ради «всего лишь мусора»?
- На данный момент – ты мой единственный убыток в этой гонке, но не волнуйся. Очень скоро ты принесешь мне доход, очень и очень скоро… просто продолжай так же болтать, - женщина злорадно расхохоталась.
- Чертова змея, – процедил Джон сквозь зубы и тот час же вырубил комлинк, яростно долбанув по нему кулаком. Руль повело влево, послышался едкий пронзительный звук тормозов, после чего спина по инерции вжалась в спинку кресла от эффекта реактивного ускорения.

Теперь Стингер гнал, что есть дури. Огни ночного Гонконга размывались за окном, словно, разноцветные краски акварели. Весь разговор Цан И выслеживала его местонахождение. Наверняка, её подручные шакалы уже успели сесть ему на хвост. Джон был невыносимо зол на предательство Шан, зол на неосторожность Коха, зол, в конце концов, на девицу, что сидела рядом (принесла же холера), но больше всего он был зол на себя: за то, что всё это время был настолько беспечен…

+1

9

Так ты и есть виновник торжества. Мило. Но это еще не повод покончить жизнь самоубийством, улетев с моста. Тем более за компанию с моей бренной тушкой, - Лиса слегка приоткрыла глаза, наблюдая из-под полуопущенных ресниц то за гонщиком, то за мелькающими цифрами на приборной панели. Пора было начинать подавать признаки жизни. Конечно, изображая полутруп, можно было узнать еще что-нибудь интересное, но основное инженер уже для себя уяснила, а события разворачивались так, что у неё имелись все шансы стать трупом вполне себе настоящим.

На первый взгляд  работа "Алисии", как агента, казалась законченной. Или почти законченной, поскольку сидящий на водительском сидении "рыцарь" был пока живее некуда. Но как только он умрет, прекратятся и нападения "хай си рэн", "Синкай" спокойно продолжит работать, и "Церберу", по большому счету, будет наплевать, каким именно образом китайские мафиози сумели договориться. Тонко очерченные брови Ермоловой непроизвольно нахмурились - вряд ли Призрак будет полностью удовлетворен столь поверхностным результатом. Что-то здесь было не так. Лиса лихорадочно пыталась сопоставить все мелочи и выстроить хотя бы несколько удобоваримых версий, что сделать было не просто, имея в распоряжении даже не минуты, а секунды для размышлений.

Изначально дело было не только в грабежах. В "Цербере" подозревали, что Джанг Бэй затеял собственную игру. Но какую? Подворовывает, прикрываясь нападениями? Обзавелся новыми партнерами-контрабандистами и что-то утаивает от Призрака? Или.. - инженер распахнула глаза и уставилась на Джона (после подслушанного разговора было грешно не запомнить, как его зовут). Её осенило. К чему такие крайние меры и желание срочно избавиться от свидетелей? "Хай си рэн" уже что-то взяли во время прошлого нападения или вот-вот должны были взять. И в интересах "Синкай", а возможно, и Цан И было, чтобы о грузе, прошлом или будущем, не узнал "Цербер". И теперь Лисе очень хотелось докопаться до истины, несмотря на опасность сего предприятия.
- Значит, мистер спасает глупых кошек в свободное от грабежей время? - Ермолова действительно фыркнула как кошка, которой на нос попали капли воды, не потрудившись даже накинуть ремень безопасности - на такой скорости это было бы напрасной предосторожностью. - И, умоляю, не врежтесь в столб от неожиданности и не хватайтесь за оружие, а сначала выслушайте. Вроде нервы у вас крепкие, - Лиса попыталась рассмеяться со светской наигранной язвительностью, но смешок, учитывая всё быстрее мелькающие и сливающиеся в одни разноцветные полосы огни за боковыми стеклами, вышел довольно нервным.
Дьявол, что у этого Авентадора под капотом? Интересно...

Инженер всё-таки пристегнула ремень и, поморщившись, схватилась за затылок. Больно. Хорошо их все-таки приложило. Хотя, если они сейчас не договорятся с этим мрачным типом, возможно, обоим будет в дальнейшем всё равно. Их преследуют, и у Лисы сказать сейчас: "Останови, я выйду",  - нет ни малейшей возможности.
- Я не друг и не враг, всего лишь третья сторона, - от забавной игривости в голосе инженера не осталось и следа, лишь холодная деловитость. - И если ты действительно "Хай си рэн"... у тебя есть где спрятаться? Места, о которых не знали ни Йоко, ни Кох... - мысли опережали слова Лисы. Пришлось торопливо пояснить. - Раз засекли тебя, то могли засечь и предыдущий звонок. Она в безопасности?
Агент "Цербера" активировала инструментрон, сканируя каналы.
В какой же ты заднице оказался, человек, по имени Джон?

+1

10

Совместно с Lisa

Издевательский голос «принцессы» черканул слух Стингера, как спичка о короб. Эта девица... Мало того, что она притворялась спящей, подслушивая разговор, так ещё и имела наглость дерзить, не побоявшись выдать себя. В янтарных глазах Джона блеснул гнев. Сейчас он был в настолько хреновом настроении, что готов был содрать с источника раздражения кожу. Искоса глянув на Алисию, он некоторое время продолжал молчать, но лишь потому, что был слишком занят вождением.
-  Пристегни ремень, пока не вмазалась своим царским ликом в лобовое стекло, - раздраженно отрезал Стингер, резко крутанув руль влево. Авентадор зашел в затяжной занос, скользя по трассе вдоль крутого поворота. Ремень безопасности натянулся до треска, и обоих пассажиров повело по инерции, - Мои нервы на пределе, ещё одно неаккуратное слово и я не поленюсь всадить в тебя обойму.
Шок от предательства Шан сейчас был даже сильнее того, что Джон посадил в свою машину шпионку. Он всё ещё недоумевал: зачем Цан И было сдавать «хай си рэн». В этом не было никакого смысла, ведь изначально они преследовали одни и те же цели – уничтожение «Синкай». Причем, сама Шан жаждала этого больше всех, в то время как самому Джону было достаточно смерти лишь одного человека – убийце его отца.
Звук одиноко ревущего мотора постепенно успокаивал броуновское движение из мыслей в голове Стингера. Хмурые складки на его лбу постепенно разглаживались... хотя и ровно до того момента, пока девушка в салоне снова не подала голос:
- Я не друг и не враг, всего лишь третья сторона. И если ты действительно "Хай си рэн"... у тебя есть где спрятаться? Места, о которых не знали ни Йоко, ни Кох... Раз засекли тебя, то могли засечь и предыдущий звонок. Она в безопасности?
- На твоём месте я бы продолжал молчать, Али-си-я, - ледяными голосом ответил мужчина, делая язвительный акцент на имени шпионки, - хотя я и сомневаюсь, что это имя настоящее.
- Если предпочитаешь зря терять время, которого и так мало, - пожалуйста, - Ермолова спокойно пожала плечами, однако замолчала. Объект её интереса явно находился далеко не в лучшем настроении и вполне мог выполнить свое обещание, пристрелив незнакомую девицу от греха подальше. - Лиса меня зовут. Хотя вряд ли тебе о чем-нибудь это скажет.
И, скорее всего, последнее, что в данный момент тебя интересует, - хмыкнула про себя оперативница, однако предпочтя не озвучивать свои мысли, продолжая с беспокойством оглядываться назад. Пока их никто не преследовал. Скоро ли их настигнут люди Цан И? Кто знает...

После долгой паузы желание узнать, кто же сидит рядом, прежде чем пристрелить, взяло вверх, и, Джон неохотно продолжил:
– Ты думаешь много узнала из того разговора? Пф, - Стингер скептически фыркнул, -  Скажи мне, на кого ты работаешь? Третья сторона: кто? Полиция? Федералы? Альянс? Ещё какая-нибудь правительственная «псарня»?
Лиса удивленно приподняла брови, глядя несколько секунд на Джона так, будто тот сморозил несусветную глупость, а затем ответила:
- Федералы? Не думаю, что представитель властей стал бы себя выдавать, а уж тем более попытался с тобой договориться. Нет, мой работодатель имел кое-какие дела с "Синкай" и, не скрою, остался ими очень недоволен, - отчасти это было враньем, изначальные задачи у Ермоловой были иными, но какая теперь разница. - Моя цель - разобраться в происходящем, и пока, прежде всего, узнать, как в этом оказалась замешана Цан И. Ведь, насколько я поняла, Джанг Бэя она до сего момента не жаловала? Есть мысли на этот счет? У меня есть, и если позволишь, изложу. По-моему сейчас нам выгоднее сотрудничать, чем пытаться друг друга убить. Мне так проще будет выполнить свою работу, а тебе - выбраться из неприятностей.
Голос Лисы звучал спокойно и ровно, будто она обсуждала дальнейшие планы не в бешено несущемся по улицам Авентадоре, а за чашкой чая, а рядом сидел не преступник и убийца, а коллега, какой-нибудь офисный служащий. Впрочем, излишняя нервозность - не лучшее качество для оперативника, обычно лишь делу мешающая, а Ермолова считала себя оперативником хорошим. В ответ на равнодушные рассуждения девушки Джонатан хрипло рассмеялся.
- Не думаешь? Это лишь подтверждает, как мало тебе известно. Ты не говоришь, как «своя», а значит ты не из триад... кто твой работодатель? – Стингер никогда не верил в спонтанное сотрудничество. Чувство, что за самоуверенным спокойствием женщина скрывала истинные мотивы, не покидало его, - Твою мать...
Глаза Джона сузились, а рука нервно сжала зеркало заднего вида: в отражении появились три тёмно-зеленых Хонды, несущиеся на бешеной скорости за Авентадором.
- Цан И, - прорычал мужчина, вдавливая педаль газа на полную. Тело по инерции впечатывалось в кресло, а от скорости начинало ощутимо давить на лёгкие.

Пока Авентадор летел по прямой, ускоряясь за счет крутого спуска, давно зашкаливающий спидометр, кажется, уже был просто не в состоянии отследить заоблачные км/ч. Одинокая дорога порта подходила к концу, а на горизонте постепенно начинал виднеться заезд на центральную магистраль – легендарное кольцо Сайкун. Несчитанное количество гонщиков разбивалось здесь из года в год, пытаясь войти в кольцевую на высокой скорости, местные даже символично называли его «кольцом смерти». Лицо Джона исказилось тенью безумия при виде красной таблички знака ограничителя. Его всегда заводило это чувство – ходить по лезвию ножа, нагло заигрывать со смертью, словно, та была смазливой стриптизёршой. Скорость была самой сильной страстью в его жизни, и, пожалуй, единственной, кто мог вызвать в нём столько чувств одновременно. Восторг. Азарт. Возбуждение. Страх. Всё переплеталось воедино в безумном, адреналиновом мареве. Тело покрывал озноб, резкой волной обжигая кожу. Вокруг никого не существовало, ни Цан И, ни проблем, ни «шпионки» рядом – никого. Только он и дорога...

Сгустки пламени вырвались из «пробудившихся» труб реактивных двигателей. Дорога покрылась следами из жженой резины, а Ламборгини скользила по кольцевой, дрифтуя на грани столкновения бампера в леера. Каких-то несколько сантиметров отделяли Авентадор от катастрофы и вылета с трассы. Казалось, те тридцать секунд на кольце Сайкун растягивались в минуты, а минуты в часы, время просто напросто останавливалось...

***

- Струсили, как я и думал, - разглядывая отражение в зеркале, триумфально протянул Стингер, выруливая с заезда на магистраль. И, действительно, Хонды, что преследовали Авентадор, пропали с поля зрения. Хотелось бы расслабиться, но расслабляться было нельзя. Спустя километр на горизонте уже виднелась блокада: машины триад перекрывали собой дорогу.
« - Это конец» - Джон немного расслабил обхват руля, сворачивать было некуда. Они неслись прямиком на блокаду. На такой скорости столкновение было смертельным, но Стингер даже не думал сбавлять обороты.
« - Я скорее погибну, чем позволю этим ублюдкам схватить себя живым».

+2

11

- Не думаешь? Это лишь подтверждает, как мало тебе известно. Ты не говоришь, как «своя», а значит ты не из триад... кто твой работодатель?
Недоверчивый гонщик мыслил совершенно не в том направлении, в котором хотелось бы Лисе. А, между тем, инженер предпочла бы не играть дальше в кошки-мышки, а придумать и предпринять уже что-то более дельное, нежели сумасшедшая гонка по городу. Она зло нахмурилась, однако сдержала язвительный выпад, дабы отнюдь не мирные переговоры раньше времени не переросли в перестрелку, грозящую летальным исходом обоим "дипломатам". 
- Естественно, я не из триад. Будем считать, что я работаю на один из синдикатов, сотрудничавших с "Синкай". Местные мафиозные разборки мало кого волновали до начала свистопляски с ограблениями... Вот.. жопа! - терпеливые объяснения были прерваны возгласом, полным досады, - как по мановению волшебной палочки позади Авентадора возникли три темно-зеленые Хонды. По чьи души они объявились, сомневаться не приходилось.
- Цан И, - и без того бешено летящий автомобиль рванул вперед.

Доигрались в шпионов, - Ермолову крепко вжало в спинку сидения. По большому счету она уже жалела о собственной опрометчивости, позволившей ей ввязаться в подобную заварушку и не избавиться от... этого психа при первом же удобном случае. Увы, теперь такая возможность была безвозвратно потеряна - Авентадор понесся по кольцу Сайкун, и даже попытка остановить преследователей контактной миной, брошенной под колеса, или чем-то посерьезней, могла обернуться катастрофой.
- Если ты нас угробишь, найду и пристрелю даже в Аду, - едва ли тихая ругань внезапно осипшей оперативницы была слышна за ревом двигателей и визгом покрышек. Кусая до крови губы, Лиса напряженно следила за каждым поворотом руля, за каждым заносом. Постепенно немая и недоверчивая сосредоточенность отпустила, уступив место холодящему где-то глубоко внутри азарту, знакомому любому гонщику, вакханалии безумия на грани существования и небытия. Сощурившись, Ермолова улыбалась и наблюдала. "Кольцо смерти" осталось позади.

- Струсили, как я и думал, - вид у "психа" был самый что ни на есть торжествующий. Пару мгновений Лиса рассматривала лицо едва знакомого человека за рулем, а затем расхохоталась. Искренне и беззлобно, до слез, ничуть не заботясь о том, что недоверчивый господин из "Хай си рэн" сочтет теперь ненормальной её.
- Браво, снимаю шляпу, только... - отсмеявшейся девушке закончить свою мысль снова не удалось: впереди темнели корпуса нескольких машин, перекрывших дорогу.
Развернуться... Уже поздно, - взгляд Лисы лихорадочно заметался в поисках выхода. Мгновенно вспотели ладони. - Взорвать эту шарашку к чертовой матери... Нет, нас расстреляют, как только я попытаюсь открыть боковое стекло.
А, между тем, хозяин Авентадора и не думал сдаваться, всё наращивая обороты и направляя машину прямо на слепящий ряд фар.
А я думала, это у меня с головой проблемы, -  Лиса громко скрипнула зубами, потянувшись к рукояти пистолета. Спорить с самоубийцей у неё не было ни времени, ни желания. - Он спас тебе жизнь, - мелькнула на задворках сознания запоздалая мысль, и вместо дула "Палача" в бок Джона  уперся инструментрон, оснащенный шокером. Инженер что есть силы крутанула руль, буквально выдирая кожаную оплетку из ослабевших пальцев гонщика. Жалобно взвизгнули шины, и Ламборгини закрутило по сухому асфальту. Лиса щелкнула креплением ремня и судорожно вцепилась в руль, пытаясь удержать машину на дороге и разбивая коленки и локти о приборную панель, о гонщика и еще бог весть обо что. Наконец Авентадор замер в нескольких метрах от перекрывших трассу машин, к нему со всех сторон уже спешили вооруженные люди. Лису бесцеремонно выволокли наружу, чьи-то руки выдернули из-за пояса пистолет.
- Спокойствие, давайте только без нервов, - оперативница не сопротивлялась, давая себя обезоружить и потирая расшибленную во время экстренного торможения скулу. Её всё еще неприятно потряхивало после недавних событий. - Я - Алисия Стэнли, и по-моему мы с вами не знакомы. Кто ваш друг - я тоже понятия не имею. Но меня непременно будут искать. Чжэн Ван Фэн, если это имя вам о чем-нибудь говорит.
- Руки на капот! И не дергайся! - дружелюбная речь мнимой дочки британского политика не произвела на оппонентов никакого впечатления, после чувствительного тычка дулом штурмовой винтовки под ребра пришлось подчиниться, а ловкие пальчики какой-то китаянки на высоченных каблуках уже выуживали из карманов оперативницы нож, запасной термозаряд и другие полезные мелочи.
Вот курица, я бы на таких каблуках смогла только лежать, а не ходить, - инженер осторожно повернула голову ровно настолько, чтобы видеть, как из Авентадора вытаскивают бесчувственную тушку водителя. Неумолимая интуиция подсказывала, что тушка совершенно не обрадуется, очнувшись и обнаружив себя всё еще на этом свете, а не в преисподней.
- Надеюсь, им не придет в голову посадить нас в одну камеру или еще куда-нибудь, - тихонько пробормотала Ермолова. По её скромному мнению, теперь от недавнего попутчика стоило держаться подальше.
- Что? Что ты там говоришь? - закончившая с обыском китаянка насторожилась.
- Спрашиваю гостеприимных хозяев, как пройти в Гонконгский музей искусств, - мгновенно схамила Лиса. - Целых две недели в вашем прекрасном городе, а его так и не посетила.
- Вряд ли у тебя будет такая возможность.
Ай, как плохо, - пока её тащили к микроавтобусу за компанию со всё еще пребывавшим в небытие Джоном, Лиса продолжала размышлять. В сущности, ей предстояло прикинуться всего лишь случайным свидетелем и наобещать с три короба от лица мнимого папаши и его друга-министра, чтобы не отправиться купаться в заливе с мешком на голове. Возможно, она услышит еще что-нибудь полезное, возможно, сбежит. Главное - не паниковать раньше времени и не сдаваться.

+2

12

...

http://sd.uploads.ru/DtVfB.jpg

Огни ночного города неспешно расплывались за окном автомобиля. О былой спешке и овердрайве напоминает лишь отголоски воспоминаний в сбитом стуке сердечного ритма. Ухоженный азиат в выглаженном черном костюме расслабленно ведёт авто вдоль долгой прямой магистрали. Он никуда не спешит, потому что знает: это его дорога, его территория, на которой действует закон его братьев и сестёр. Взгляд  женщины с ярким макияжем и откровенным облачением (той самой, что обыскивала Лису) падает на гонщика, что сидит рядом с ней без сознания. Его опущенная голова слегка покачивается по инерции движению автомобиля.

- В полном отрубе, - лукаво протягивает гангстерша, проводя ножом по щеке мужчины и оставляя на ней слегка кровоточащий порез, - Чем ты его так приложила, tianmì*?
- Харэ болтать, пока я не пристрелил вас обеих, - раздраженно вмешивается гангстер, что сидит на переднем сидении рядом с водителем «Хонды», - И... твою мать, Янлин, убери уже нож от «жмура», у него впереди ещё целая ночь до захоронения.
- Ты всегда был занудой, Вэй, - лицо китаянки искажается жестокой гримасой. Она послушно отодвигается от гонщика в сторону и переводит взгляд на Лису, сверля её оценивающим взглядом, попутно поигрывая ножом-бабочкой в руках. По утонченности и ловкости движений становится ясно, что женщина великолепно владеет холодным оружием, и, в любой момент готова задействовать его (пожалуй, даже быстрее, чем её вооруженные огнестрелом собратья). Лучше лишний раз не заигрывать с судьбой и не пытаться провоцировать гангстершу, ибо стойким терпением она явно не отличается.

Магистраль вскоре подходит к боковому съезду. По ярким местам и роскошным неоновым зданиям, легко опознать тот же портовой район – Абердин, территорию триады Далишу Гуи**. Машина медленно едет вдоль набережной, давая возможность насладиться чарующим видом из окна на Южно-Китайское море. Кое-где мелькают красно-синие огни полицейских аэрокаров и машин скорой помощи, поднятые на уши недавним «взрывным» срывом гонки. Но по лицам «организаторов» читается полное равнодушие к происходящему, словно, так и было задумано изначально. Съезжая с главной дороги на боковую, Хонда постепенно погружалась в самое сердце Абердина – его яркие и запоминающиеся кварталы. Здесь было всё: от сотни сувенирных лавок до десятков супермаркетов и торговых центров, от забегаловок с лапшой на улице до роскошных ресторанов с китайской кухней, от комнат с игровыми автоматами до казино и частных клубов, одним словом всё, что нужно среднестатистическому потребителю. Ибо сам вид кварталов побуждал любого проходящего открыть кошелек и тут же потеряться, раствориться, забыться в свете этих неоновых улиц хотя бы до утра...

Машина постепенно сбавляет вход и останавливается у ворот, что украшены извилистыми узорами из черепах.
- Чи, открывай, мы привезли его, - открыв окно, водитель обращается к интеркому.
- Отлично, я оповещу госпожу Шан, - слышится довольной голос ответ, после чего двери ворот отворяются, пропуская автомобиль вперёд на небольшую стоянку.
- На выход, - китаец открывает дверь и грубо выволакивает Лису из машины.

« - Где я? Куда меня тащат эти отморозки? Дьявол, почему я вообще ещё жив?»
Тем временем, глаза Джона болезненно прорезаются, голова трещит, как тысяча поврежденных электрических проводов. Электрических! Эта девка его тогда вырубила!

- Сучка, - сквозь зубы процеживает Джон, яростно глядя на Лису и делая резкий выпад в её сторону. Но связанные руки блокируют все его движения, сводя попытки ударить девушку лишь к нервному ёрзанью. 
- Потише, жмур, - выпад кулаком по дыхалке, заставляет Стингера рефлекторно съежится от боли, резко глотнув ртом воздух.
Окружение кажется до боли знакомым. Яркие зелёные тростники и светодиодные растения. Декоративные сады с маленькими мостами и речками, что слабо освещаются светом янтарных китайских фонариков. Всё здесь хоть и красивое, но уже давно лишилось души. Среди синтетической бамбуковой рощи, на фоне модерновых небоскребов, величественно вырисовывается здание с двухярусной остроконечной крышей из оранжевой глазированной черепицы –  Павильон Гао Шан. Поднимаясь по ступенькам наверх, гангстеры, наконец-то, останавливаются напротив массивных дверей из красного дерева. Рядом с ними стоят две большие статуи черепах из мрамора, одна из которых перекусывает горло змее. От чего складывается впечатление, что семья Шан никогда не скупилась на декорации величия собственной резиденции. На смену спокойствия дзэн-садам холл павильона неожиданно погружает входящих в нерасторопный бит играющего трип-хопа. Холодные цвета клубного освещения ненавязчиво поигрывают светом на утонченных женских фигурах, что танцуют на небольших сценах-пьедесталах с холодным оружием в руках. Их лица скрыты под масками демонов из даосской мифологии, а откровенность костюмов невольно заставляет задержать взгляд на необычных танцах. По виду посетителей и выглядывающим татуировкам из под рубашек мужчин и платьев женщин, можно сделать вывод, что в заведение пускают только «своих» или приближенных, ибо все они вооружены оружием и даже никак не пытаются это скрывать.

- Хватит зевать, - Стингера и Лису продолжают беспрецедентно толкать в спину оружием, ведя в сторону лестницы на второй этаж павильона.
С последним шагом по лестнице, толчок оказывается таким сильным, что обоих пленников буквально вталкивают в закрытую комнату и заставляют приземлиться на колени. Прямо на ковёр... перед ней. Сквозь дым сандаловых курильниц виднеется одинокой силуэт женщины. Медленно поднимая взгляд от длинных стройных ног вдоль черного шелкового платья, глаза останавливается на бледном лице, словно вытесанном из слоновой кости. Её слегка пухлые губы подчеркивает алая как кровь помада. Сизые раскосые глаза сужаются в лисьем прищуре, прежде чем она делает несколько шагов на встречу к своим гостям.

- Джонатан, мисс Стэнли, добро пожаловать в павильон Гао Шан, - её властный голос, не смотря на вежливый тон, не лишен ноток иронии. Глава мафии явно издевается и даже не пытается это скрыть.
- К чему этот цирк, Цан И? Не о таком исходе мы договаривались, - вспылил Джон, всё ещё тщетно пытаясь побороть гнев в себе.
- Джонатан, Джонатан... всё такой же вспыльчивый, шумный и, - останавливаясь рядом с мужчиной, и, смотря на него сверху, вниз, Цан И делает паузу, прежде чем продолжить предложение, - недалёкий. Договоры имеют свойство меняться, когда попадаются условия повыгоднее. Ты и твои друзья откатали своё. Сейчас от вас одни убытки. Доход на продаже краденого оружия и электроники, которую Джанг Бэй и сам у кого-то же ворует, мне кажется жалким.
- И это мне говорит продажная стерва, которую когда-то прилюдно поимели, а она вместо того чтобы отомстить, дала себя трахнуть снова. Ты обычная шлюха, Шан, - глаза Стингера блеснули ненавистью.
- Заткнись, ублюдок, - один из триад грубо пнул ногой Джона, после чего несколько раз ударил дубинкой ему по позвоночнику. Цан И молча подняла руку, призывая своего подчиненного остановиться. Подойдя к лежащему на полу мужчине, Шан грубо схватив пальцами его за подбородок, еле слышно молвила:
- Ты не задумывался, почему всё ещё жив? Почему бранишься, заливаешь кровью мой паркет, оскорбляешь меня в собственном доме, при собственных людях? Нет? Так я тебе скажу: единственный, кого поимели сегодня – это ты, Стингер. Сейчас ты расскажешь мне, куда вы дели последний груз. А потом расскажешь, где прячутся «хай си рэн», все до единого, чтобы я могла найти их и завернуть Джанг Бэю в подарочной упаковке, как он и просил: перед этим отрезав всем руки, дабы те больше никогда не сжимали рукоять руля, - ногти сильнее впились в кожу Джона, от чего кровь с разбитой губы потекла на пальцы гангстерши.
- Конечно, расскажу... после того как трахну тебя в аду, - Стингер хрипло рассмеялся, вырывая подбородок из цепких когтей женщины.
Шан устало вздохнула, тонкий стилет молниеносно скользнул в её ладони и устремился прямиком в живот Джона, протыкая его как масло.
- Когда мои ребята устанут от твоих криков, - женщина медленно провернула рукоять стилета, пытаясь причинить максимальную боль, - Ты просто сдохнешь. Сегодня. Здесь. На этом паркете. Слышишь, Джонатан? – схватив мужчину за спину, Цан И сильнее вдавила клинок, а затем резко вытащила его. Жадно хватая воздух, Стингер упал на пол, пытаясь побороть болевой шок от колотой раны. В глазах всё плыло, кажется, стилет задел селезёнку, которая не прекращала кровоточить и адски болеть. 
- Займитесь им и прижгите рану, - с отвращением вытирая платком стилет от чужой крови, молвила Шан.
Подручные со скупым кивком поволокли Стингера из комнаты, оставляя кровавый след из его раны. Шан Цан И какое-то время молчала. Подойдя к столу, она открыла узорчатую желтую шкатулку и достала из неё изящную тонкую курительную трубку.
- Что же, мисс Стэнли. Кажется, теперь ваша очередь говорить, - забивая табак и расслабленно располагаясь на софе, Шан подкурила трубку, - Расскажите мне, как же так случилось, что дочь высокопоставленного британского политика оказалась в одной машине с одним из «хай си рэн», м? Я наслышана о Вашем, хм, «раскрепощенном» образе жизни, но чтобы настолько... –  медленно выдыхая дым изо рта, Цан И спокойно продолжила, - я пытаюсь понять: это совпадение? Богатеньких девочек тянет к плохим мальчикам? Или, всё же, нечто большее?   
Сизые глаза Шан внимательно сосредоточились на лице Лисы, следя за каждым движением мышц на лице девушки.

_______

*- (китайск.) "сладкая"
** - (китайск.) - Мраморная черепаха

+3

13

Совместно с товарищем Стингером.

Устало прикрыть глаза. Успокоиться и обдумать сложившееся положение. Эти люди не собирались их убивать. Пока не собирались. Что будет дальше - неизвестно. Но лишняя суета и страх вряд ли могли бы что-то изменить, а неуместные вопросы сделали бы только хуже. Лиса молчала. Лучше дать себе краткосрочный отдых, а потом работать дальше. И если будет хоть малейшая возможность переломить ситуацию в свою пользу, она это сделает. Во всяком случае будет очень стараться.
- В полном отрубе. Чем ты его так приложила, tianmì*? - китайская дамочка оставила порез на щеке Джона и уставилась на Лису с видом змеи, гипнотизирующей кролика.
Любит это оружие и наверняка умеет с ним обращаться, - отметила про себя инженер. - Я бы не удивилась, если бы ты сейчас начала своим азиатским язычком слизывать кровь с лезвия. О ваших странных обычаях и жестокости я наслышана.
- Шокером, - просто ответила оперативница, не вдаваясь в подробности и не желая лишний раз нарываться на неприятности, которых за сегодняшнюю ночь уже хватало с головой. - Не трудись меня обыскивать еще раз, кажется, он остался в Авентадоре, пока я пыталась не умереть за компанию с вашим другом.
- Харэ болтать, пока я не пристрелил вас обеих. И... твою мать, Янлин, убери уже нож от «жмура», у него впереди ещё целая ночь до захоронения.
- Ты всегда был занудой, Вэй.
Ермолова едва не вздрогнула, вспомнив о жутковатой казни, практиковавшейся в Китае еще в старину. "Смерть тысячи порезов". Под конец на теле приговоренного не оставалось живого места из-за множества глубоких, но небольших надрезов. Ему сильно везло, если удавалось скончаться не от болевого шока, а от потери крови. Кажется, теперь оперативница догадывалась, что ожидает в ближайшем будущем Джона Стингера и понимала его желание не попадать в руки недругов живым. Но ничего изменить уже нельзя, и умереть вместе с ним всё равно было бы самым наихудшим выходом из всех имевшихся.
Оперативница вновь откинулась на спинку сидения, старательно игнорируя чужие похотливые взгляды и раздумывая над тем, как славно было бы увидеть удивление и ужас на этих лицах перед смертью. Хрупкую девушку редко кто принимал всерьез, не считая достаточной угрозой, потому хотя бы помечтать о возмездии было приятно. Разумеется, Лиса на самом деле не собиралась устраивать самоубийственную и кровавую резню. Пока оставалась хотя бы малейшая возможность выкрутиться, не следовало её упускать.

Машина выехала на набережную, но Лисе не было дела до прекрасных ночных видов Абердина. Все мысли были о том, сработает ли легенда, что могут потребовать от "Алисии" или предпочтут попросту избавиться от неё, и способ вряд ли окажется самым гуманным. Почему Цан И предпочла связаться с "Синкай" и уничтожить "Хай си рэн"? Какая интрига кроется за всем этим? Оперативница чувствовала, что ей предстоит не самая приятная ночь в её жизни, но старалась держать себя в руках. Истериками делу не поможешь. Пока следовало молчать и слушать, а еще запоминать дорогу.

- Сучка! -  ожидаемо, но едва очнувшись, не совсем знакомый гонщик попытался наброситься на Лису. Что же, имел полное право, но что сделано, то сделано. Несколько секунд девушка смотрела на искаженное ненавистью лицо, а потом произнесла спокойно и чуть устало:
- Я знаю.
- Вперед! - в спину снова бесцеремонно ткнулось дуло винтовки, прервав эту немую сцену.

Здесь было красиво. Как человеку, никогда не бывавшему в подобных местах, Лисе всё казалось в диковинку. И сад с китайскими фонариками, и статуи, и здание с яркой черепицей. Случайно коснувшись рукой ствола дерева, девушка разочарованно вздохнула. Синтетика. Декорация. Блеф. И здесь, на Земле. Настойчивый прогресс извне упорно вытеснял веками сложившиеся традиции даже на Востоке. Жаль...
О чем именно сейчас стоит сожалеть, о своих скоропалительных решениях или о том, что всех красот Гонконга она, возможно, так никогда и не увидит, Лисе додумывать не пришлось - впереди уже маячили массивные двери со статуями по обеим сторонам, выполненными всё в том же восточном стиле.
Голодному крокодилу, что черепаха, что змея - на один зуб, - некстати в памяти всплыла  еще одна поговорка Тенгфея, пытавшегося за короткое время ознакомить молодую оперативницу с местными обычаями и обстановкой. Часто она его не слушала, полагаясь лишь на собственную интуицию и удачливость. Теперь выходило, что зря...

Это Чан Э? Похитившая у своего мужа напиток, дарующий бессмертие, но потом вознесшаяся на Луну и вынужденная скитаться там в одиночестве до скончания веков? А это разрушитель Гунгун или Чи Ю? - едва пленники оказались внутри здания, Лиса закрутила головой, взгляд стремительно заметался по маскам, по незнакомым фигурам и лицам мужчин и женщин, не обращавших на них никакого внимания. Впрочем, в восточной мифологии оперативница была не сильна, да и волновала она сейчас в последнюю очередь. Где-то внутри уже болезненно шевелился леденящий комок страха, пришедший с пониманием одной простой вещи - бежать отсюда практически невозможно. Обмануть, переиграть, уничтожить всю эту свору скопом - шансов нет.
Если только... Побледневшее, украшенное синяком, лицо оперативницы приобрело каменное выражение. Она никогда не сдавалась.

Их втащили по лестнице и втолкнули в комнату настолько сильно, что Лиса громко ойкнула, приземлившись на четвереньки и разбитые во время экстренного торможения на Авентадоре колени. Да, Шан, похоже, обожала даже в мелочах обозначить своё величие. Прекрасная и царственная в своем безупречном черном платье, она всем своим видом еще больше подчеркивала ничтожность избитых пленников. В другое время оперативница непременно залюбовалась бы её умело продемонстрированной грацией и женственностью, но не сейчас.
- Джонатан, мисс Стэнли, добро пожаловать в павильон Гао Шан.
- Благодарю, мисс Шан. Я тоже очень рада познакомиться с вами лично, - Лиса понятия не имела, как в такой ситуации могла бы повести себя настоящая Алисия Стэнли. Вероятно, она бы испугалась или же наоборот, судя по досье, попыталась бы надерзить главе триады, прикрываясь высокопоставленным папашей и его знакомствами. Оперативница же просто поднялась с колен и выпрямилась, сделав вид, что не заметила издевки. В её голосе не было подобострастия, лишь вежливый аристократичный холодок сверкнул в выдавленной усилием воли улыбке.
- К чему этот цирк, Цан И? Не о таком исходе мы договаривались.
Лиса отступила на шаг, но чужие, крепкие руки схватили её за тонкие плечи и упрямо подтолкнули обратно, поближе туда, на ковер, где сейчас творилась расправа над ставшим неугодным Джоном Стингером. Она продолжала молчать, лишь когда стилет Шан вошел в тело мужчины, светлые глаза нехорошо сузились, прикрывая замутненные дымом злые огоньки, то и дело мелькавшие в черных зрачках. Это можно было принять за игру освещения, и всё же сама оперативница сейчас была вне себя от накатывающих приступов ледяного бешенства: на Джона Стингера, на себя, на весь белый свет. Она не ошиблась ни в чем, строя предположения, и всё же умудрилась допустить кучу ошибок, практически фатальных.

Но теперь, когда разбирательство с основным виновником торжества частично  состоялось, дело дошло и до Лисы, с трудом старавшейся ни словом, ни жестом не выдать сумбур рвущихся наружу мыслей и слов.
- Что же, мисс Стэнли. Кажется, теперь ваша очередь говорить. Расскажите мне, как же так случилось, что дочь высокопоставленного британского политика оказалась в одной машине с одним из «хай си рэн», м? Я наслышана о Вашем, хм, «раскрепощенном» образе жизни, но чтобы настолько... я пытаюсь понять: это совпадение? Богатеньких девочек тянет к плохим мальчикам? Или, всё же, нечто большее? 
- Он... любопытный парень, - на лице Лисы не отразилось никаких эмоций, лишь всё та же вежливая полуулыбка, намертво приклеенная, будто маска. Не прозвучало их и в голосе, только снова мелькнувшая в глазах ярость быстро сменилась досадой или... раскаянием? Вряд ли это кто-то успел заметить, потому что уже через мгновение на физиономии оперативницы появилась умело разыгранная растерянность. - Признаться, он спас мне жизнь после переделки, в которую угодили многие гонщики во время заезда. Так что я перед ним в долгу Но я его увидела сегодня впервые, и никогда не думала познакомиться с "четверкой" воочию, лишь слышала где-то о них. Кажется, от какого-то китайца.. Его звали Кох.
Это было быстро сотканным узором лжи и правды. Не случайным оказалось и упоминание Коха. Если приводить достоверные события, умный человек и сам додумает все подробности, не терзая оппонента мелкими несостыковками.
- Кох, как многие мужчины, любит красивые истории. Он считает, что с помощью них он привлечет к себе внимание красивых женщин. Иронично признать, что у него это сработало, - уголки губ китаянки лукаво приподнялись вверх от контекста двусмысленного примечания.   
-Возможно, в том и была его ошибка:  слишком много историй, слишком много женщин. Быть или казаться - две большие разницы. - постепенно успокаивающаяся Лиса всё-таки не смогла удержаться от легкого укола в адрес любвеобильного Коха и сестры Цан И. Хотя сдержанность вообще не была лучшей чертой молодой оперативницы. И теперь она решила, что настало время немного прояснить ситуацию.
- В любом случае, Чжэн Ван Фэн будет рад узнать о вашем гостеприимстве. Через два месяца он собирался лично посетить таможенный департамент Гонконга и узнать, как идут дела, - Ермолова старалась придать своему голосу уверенности. Пускай, здесь Шан и была королевой, но до уровня дел Китайской республики ей далековато. До дел Альянса, в создании которого китайцы принимали самое активное участие - тем более. С государством мафия не спорит. Лидеры либо с ним негласно дружат, либо умирают, и власть в триадах меняется, благодаря  удачному выстрелу снайпера из Служб Безопасности или в результате уголовного дела. Обычно подозреваемые умирали, до суда не дожив. Лиса знала о чем говорит. Должна была знать и Шан, сколько неприятностей может доставить внезапная министерская проверка, если что-то пойдет не так.

Дверь снова хлопнула. На ковер бухнулся еще один человек. В изуродованном побоями лице с трудом угадывались черты бывшего оперативника Тенгфея.
Конец... Если он здесь, то наверняка меня выдал... Да и зачем ему  защищать какую-то девчонку? - Лиса смотрела на ярого приверженца идеям "Цербера", ныне ставшего предателем, внезапно не ощущая ничего, лишь странную нахлынувшую пустоту.
- Недоваренный рис, - прохрипел Тенгфей, будто пытаясь оправдаться. - Скоро он разбухнет внутри, и меня почти разорвет. Я не жилец. Прости.
Девушка отвернулась, оставив его слова без ответа. Отвратительные подробности этой казни она тоже знала.
- Так вы с самого начала знали, что я не Алисия Стэнли? - вопрос Лисы, обращенный к Цан И, прозвучал жестко. Теперь, когда больше уже не осталось возможностей хитрить и оправдываться, было самое время играть ва-банк.  - Что же, возможно, так будет даже проще.
Шан продолжала молчать. Не один мускул на её белоснежном лице не дрогнул, властный взгляд  из-под черных ресниц пробивался сквозь выдыхаемый сигаретный дым и снова терялся в нём. 
- Конечно, - утвердительно протянула женщина, убирая курительную трубку от губ, - Так уж получилось, что моя непутёвая сестра Лю когда-то была очень близка с Алисией. Какова была трагедия для неё узнать, что Стэнли скончалась от передоза на Иллиуме, но всё это ничто по сравнению с «чудодейственным воскрешением» Алисии в Вашем лице на майском заезде, да ещё и рядом с Кохом, - Цан И понимала, что сейчас её объяснения, совершенно, не обязательны, но ей трудно было отказать себе в удовольствии скрыть выигрышную карту.
- Возможно, и будет проще, зависит от того, насколько вы будете искренни. Господин Тенгфей уже успел поведать мне о вашем хозяине, и, стоит отметить, был весьма несговорчивым, - Шан слегка кивнула в сторону побоев оперативника, - Но, всё же, я удивлена. Откуда у «Цербера» интерес к уличным грабителям? – по тону женщины было понятно, что она давно сложила части головоломки, но почему-то по-прежнему ждала объяснений от Лисы.
Черт... - такой поворот было сложно предугадать, это было серьезным проколом при подготовке легенды. Сведений о беспутных друзьях мисс Стэнли в досье было не так много: некоторые из них пребывали в разных уголках галактики, некоторые давно сгинули, как и сама девица, где-то среди "инопланетных отбросов". Удовлетворившись лишь беглым просмотром кратких сведений о них, Ермолова на том и остановилась. Выходит, тоже зря. В прочитанных по диагонали абзацах, могло содержаться несколько строчек, наводящих на мысли о связи Алисии с сестрицой Цан И. Хотя инженер таковых и не помнила.
Что же, в следующий раз постараюсь быть еще внимательнее к мелочам. Разумеется, если он будет, - с неудовольствием сделала поправку Лиса. Намек на несговорчивость Тенгфея был вполне очевиден, как и наглядный пример с расправой, наверное еще продолжающейся, над Джоном Стингером. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы понимать - участь обоих упрямцев выглядит весьма незавидно, и оперативница не имела ни малейшего желания её разделить. Определенно, Шан было известно многое, но рассказал ли Джанг Бэй ей до конца о своих прошлых делишках или планах? Оценивая подлость и хитрозадость мерзкого жука - хозяина "Синкай", Лиса в этом сомневалась. На этом можно было сыграть, раз уж игра предложена. Это выгоднее и ей и "Церберу", нежели пускай и героическая, но бестолковая смерь от изощренных китайских пыток. К тому же, несмотря на то, что звенья цепи постепенно сплетались воедино, у инженера еще оставалось множество вопросов: Кто эти новые партнеры, о которых, скорее всего, не должен был узнать Призрак. Что за таинственный груз, стоивший примирения двух враждующих сторон? И знает ли в точности Цан И, что он из себя представляет? Или "Синкай" водит за нос и её?
Лиса сделала глубокий вздох:
- А я, признаться, сильно удивлена жадностью и недальновидностью Джанг Бэя. Но, как говорят ваши мудрецы: жадная душа - без дна. Жажда быстрой наживы лишает последних крупиц здравого смысла. Мелкое воровство у партнера, который не привык оставаться в долгу, было плохой идеей. У партнера, до которого не достать. И что же мы видим теперь? Стремление обзавестись  более прибыльными деловыми связями? Или попытку решить свои проблемы и скрыть грешки за счет новых договоров и людей? Возможно, и то и другое. Но жадность, как река, чем ближе к морю, тем шире. Не зайдет ли Джанг Бэй  еще дальше? - девушка на некоторое время замолчала, собираясь с мыслями и давая возможность обдумать Цан И свои слова. Где-то внутри поднималась колотящая оперативницу, как осиновый лист, мелкая дрожь. Но этого никто не должен был заметить, и в первую очередь Шан. - Я знаю, что моя жизнь и мои речи сейчас стоят очень мало. Решение моей судьбы, как и судьбы Тенгфэя или Джона Стингера остается за вами. Но "Цербер" всегда защищал интересы Земли и человечества. Нет ли еще причин, по которым "Синкай" старается скрыть от нас происхождение последнего груза? Боюсь, это может оказаться слишком важно и повлечь за собой огромные неприятности для всех. Как я уже говорила, жадность редко идет рука об руку с разумом.
У Лисы не было полномочий вести подобные переговоры. Но другого выбора у неё и не оставалось. К тому же она прекрасно понимала: если у Призрака есть интересы в Гонконге, так или иначе он своего добьется. Вероятнее всего, Джанг Бэй через какое-то время станет трупом - "Цербер" не прощал недобросовестных партнеров. Но нужно ли тратить силы на дальнейшую войну? Ответ однозначен: нет. Проще спокойно жить и работать, не имея за спиной могущественных врагов, способных тебя уничтожить. Раз это понимала простая оперативница, должна была понимать и Шан.

Девушка снова вздохнула и спрятала ладони в карманы тонкой куртки. Нельзя было дать  почувствовать и  увидеть, сколько напряжения сейчас скрывается за вежливой улыбкой и ледяным, непроницаемым взглядом. Слишком многое поставлено на карту, и не только её собственная жизнь. Слишком многое зависит от ответа главы триады.

- Интересы человечества,
- госпожа Шан медленно вдыхает табак, давая словам перерыв для раздумий, её взгляд тяжелеет, а тон едва выдает ноты грусти и разочарования, - Если бы люди стремились совершенствовать сами себя вместо того, чтобы спасать весь мир. Если бы они пытались сами добиться Внутренней Свободы вместо того, чтобы освобождать всё человечество — как много они сделали бы для действительного освобождения человечества?
Выждав долгую паузу Цан И скептично продолжает:
- Вы говорите о защите Земли, но даже не знаете о природе груза, который у вас украли. Джанг Бэй – торгаш до мозга и костей, алчность, несомненно, уже роет ему могилу. Но при всех своих недостатках он знает толк в сделках, чего я сейчас не могу сказать о вашей организации, - женщина конкретно даёт понять, что ждёт от Лисы какого-то предложения, чтобы продолжить разговор на равных, - Ваши с Тенгфэем судьбы мне не к чему, мисс «Стэнли». Считайте, это моим гостеприимством и жестом доброй воли. Что же касается Джонатана Стингера, то он уже давно мёртв внутри. У человека, который живёт лишь ненавистью, нет будущего. Вы же не знаете, какие цели на самом деле преследуют «хай си рэн», верно?
Прочитав в глазах собеседницы негласное согласие, Шан продолжила своё повествование, струсив  с трубки пепел в золотую пепельницу.
- Большинством районов Гонконга правят триады, как бы правительство КНР не пыталось это опровергнуть,  в эту ложь всё ещё могут поверить такие, как вы, иностранцы или приезжие. Местные всегда знали о том, кто в ответе за экономический расцвет или обнищании в их кварталах. В последнем из нас мало кто заинтересован, в наглядное противоречие об устоявшемся стереотипе о «преступных синдикатах», что лишь грабят и сеют террор на собственных улицах. Но, правда в том, что чем «богаче поданные императора, тем богаче он и его империя».  Это понимает каждый из глав триад, потому что каждый из нас, из наших отцов, матерей, дедов и прадедов выросли на земле Китая, среди улиц Гонконга. Все... кроме людей из «Синкай». Для вас они партнёры, для меня же чужаки. Захватчики, алчные японские псы, которые высасывают из самого престижного района северного округа богатство, нажитое за сотни лет, - голос женщины пропитываются ненавистью, деревянная курительная трубка  слегка трещит под напряжением сжимающих её пальцев. 
Заприметив эмоциональность в своём тоне, Шан слегка прикрывает глаза, мышцы не её лице постепенно разглаживаются.
- Разбой для «хай си рэн»  - это лишь  способ привлечь внимание, публично подорвать влияние «Синкай Груп» перед остальными триадами. Норт-Пойнт уже давно находится на тонкой грани войны между Южным и Восточным округом Гонконга. Никто не доволен деятельностью Джанг Бэя, он истощает землю на которой живёт. Продавая заводы и фабрики иностранцам и инопланетным предпринимателям, он лишает тысячи людей рабочих мест, а вырученные деньги выводит через оффшоры, даже не оставляя их в казне государства.  Это жирный паразит, который перешел дорогу многим, но всё ещё остается достаточно жирным для того, чтобы пойти против него в лобовую атаку. Полагаю, всё это вашему «Церберу» давно известно. Но таким важным господам нет дела до локальных неудобств меньшинства, когда на кону стоят «интересы человечества», так ведь?
- Боюсь, тут вы немного ошибаетесь, - быстро ответила Лиса. Во время всей речи Цан И она продолжала молчать, слушая и сопоставляя. Подрагивающие, заледеневшие, и отнюдь не благодаря комнатной температуре, пальцы усиленно пытались оборвать какую-то нащупанную в кармане нитку. Однако лицо оперативницы продолжало оставаться невозмутимым и бесстрастным. Кажется, верное решение напрашивалось само собой. - "Цербер" совершенно не заинтересован в развитии инопланетного бизнеса на Земле и интеграции культуры чужаков на Родину человечества. Здесь нас более всего интересует спокойствие и мирное сотрудничество. Но, прошу вас, продолжайте.
- Вы сейчас, наверняка, задаетесь вопросом: почему же я, при всей своей ненависти к Джанг Бэю, начала сотрудничать со своим заклятым врагом? Есть много дорог, которые ведут к вершине, но пейзаж всегда остается неизменным. Если ещё недавно у меня ничего не оставалось, кроме того, как молча ждать начала войны, спровоцированного грабежами «хай си рэн», то сейчас у меня есть обходной путь, с которым «четверка» никогда не согласились бы. Потому что им плевать на всё кроме осуществления своей кровной мести «Синкай», мне же куда более важнее «целостность» Абердина и Норт-Пойнта, - говоря о целостности, лицо Шан мрачнеет, женщина неспешно поднимается  с софы и делает несколько шагов навстречу к Лисе.
- На самом деле, я не просто так говорю вам всё это. Если вы печетесь о «благополучии» человечества, то должны быть заинтересованы в возвращении краденого груза, как и я. Потому как, в противном случае, часть Норт-Пойнта, принадлежащая «Синкай» взлетит на воздух...
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Лиса снова заговорила. Теперь она не обращала внимания ни на подручных Цан И, ни на сопящего и постанывающего Тенгфея. Инженер сосредоточенно изучала лицо королевы Гонконга, словно стараясь в мельчайших деталях предугадать её дальнейшую реакцию. Наконец она произнесла:
- Полагаю, вы уже поняли, что недовольство "Цербера" деятельностью Джанг Бэя зайдет несколько дальше, чем требование солидной компенсации за причиненные убытки? Как я уже говорила, мы не заинтересованы ни в развитии инопланетного бизнеса на Земле, ни в... - оперативница сделала короткую паузу, - лечении зреющего нарыва. Иногда его лучше вскрыть, чем ждать, пока начнется гангрена, насколько болезненным это бы не было. Думаю, моим работодателям было далеко не всё известно о сотрудничестве "Синкай" с уродцами. Но лучше иметь на руках все доказательства предательства. И основное из них - украденный груз, - на несколько мгновений девушка задумалась о том, откуда Шан столько знает о грузе, и не часть ли это хитроумной интриги, чтобы прибрать к рукам Норт-Пойнт и окончательно выжить из Гонконга слишком неудобного соседа, заручившись поддержкой мощного союзника. Впрочем, даже если дело обстояло именно так и слова о предполагаемом взрыве - ложь, Лиса не сомневалась, что и это "Цербер" абсолютно устроит. Несмотря на всю выгоду, Призрак никогда бы не простил того, кто пошел против человечества, обманув идеалы организации. Но всё выяснить до конца можно было только одним способом - найти чертову пропажу.
- Потому, прежде чем обсуждать дальнейшие перспективы, предлагаю заняться первоочередной проблемой. Если она будет успешно решена, то вы убедитесь, что можно иметь дело с нами, и, соответственно, "Цербер" убедится в вашей надежности. Но из присутствующих здесь только один человек знает о местонахождении груза, и ничего рассказывать он, полагаю, не намерен, а мы пока теряем время. Если позволите, я попробую с ним переговорить с глазу на глаз, возможно, у меня найдется, что ему предложить взамен. Но для этого мне нужно знать чуть больше о "хай си рэн" и о нем самом.
На лице главы триады заиграла самодовольная ухмылка. Она, наконец-то, услышала правильное заветное слово от оперативницы «Цербера» - союз. На самом деле, вся эта «патриотичная» тирада была устроена ради того, чтобы ещё больше пошатнуть и без того расшатавшуюся репутацию «Синкай». Чем меньше кирпичей в «Великой Стене», тем больше шанс пробить её абсолютную защиту простой катапультой. Всё же, Шан была терпеливым и аккуратным стратегом, предпочитая вести войну, не принимая в ней непосредственного участия.
- Вы правы – груз сейчас является первостепенной важностью.  Но, боюсь, говорить с Джонатаном Стингером – пустая трата времени. Он не захочет вас слушать, как не захотел когда-то слушать меня. Он, как бешеный пёс, продолжит скалиться и рычать, то и дело, норовя впиться вам в шею. Я до сих пор не пристрелила его только потому, что есть маленький незначительный шанс того, что по его душу явятся другие из «хай си рэн», с которыми вести, кхм... «диалог», возможно, будет намного проще, - холодный тон Шан, естественно, подразумевал не светскую беседу, а более радикальные меры, с помощью которых триада узнавала желаемое.
- И всё же в том, что он попал к вам живым, есть отчасти и моя вина, - Лиса наконец вынула руки из карманов и скрестила их на груди. Странные переговоры подходили к концу. У неё всё получилось, если только... на пути не встанет тот самый упрямый Джонатан Стингер. Но теперь преграда в его лице уже казалась не столь значительной. Во всяком случае, она очень постарается перешагнуть и через неё, раз этого требует дело. - От еще одной попытки никто и ничего не потеряет, - последние слова были произнесены с едва уловимым нажимом, но отступать от намеченного плана оперативница не собиралась.
- Ладно, раз уж вы так на этом настаиваете... но, имейте в виду, что я предупреждала о тщётности разговора с этим человеком. Прошу, следуйте за мной, - пригласив жестом Лису, госпожа Шан медленным шагом направилась к выходу из комнаты. Раскуривая трубку, женщина грациозно шла впереди вдоль кровавого следа на полу, который, стоит отметить, выдался очень длинным.
- Я не так много знаю о самих «хай си рэн», они, как призраки из уличных слухов. Я связывалась с «четверкой» непосредственно через Коха и Стингера. Но со слов последнего, всех этих людей объединяет один мотив – месть «Синкай». У каждого гонщика якудза отобрали что-то дорогое в жизни. Для Джонатана – это стал его отец и наследство. Ричард Стингер был богатым и успешным бизнесменом, который управлял большой компанией в Сентрал-Плаза. Джанг Бэю не удалось мирным путём подмять компанию под крыло «Синкай» и он просто избавился от конкурента самим простым способом: убив его на глазах семилетнего сына. Благодаря связям в налоговой, судах и правительстве, Джанг Бэй прибрал к рукам все активы компании Ричарда, фактически, оставив Джонатана без отца, наследства и будущего. С тех пор жизнь парня пошла по наклонной, и постепенно скатилось к тому, кого вы недавно встретили. Грустная история, хотя таких немало, ибо Стингер – не единственная и не последняя жертва алчности «Синкай».  Всё же, в неспособности жить дальше, Джонатан виноват сам. Такие, как он, живут одной местью, но правда в том, что когда он отомстит, внутри останется лишь всепоглощающая пустота, которую он будет уже не в силе чем-то заполнить, - Шан остановилась, наконец-то, разворачиваясь к Лисе лицом.
- Вы, наверняка, сейчас пропитались жалостью к этому человеку, и, тем самым, уже сделали ошибку. Уверяю вас, Джонатан её не заслуживает. Он давно не тот семилетний мальчик, который когда-то потерял отца. Это преступник, порою убивавший людей чисто ради веселья, - ненадолго отводя взгляд от оперативницы и кивая стоящему у дверей гангстеру, Шан последний раз обратилась к Лисе, перед тем, как отворить дверь, - Не делайте глупостей, он убьет вас, не раздумывая, если ему представиться такая возможность. И... ещё, мне трудно на этом сыграть, потому что он знает, что я не обладаю такими возможностями, но вы... другое дело. Если разговор не пойдет, а я более чем уверена, что так и будет. Напомните ему о Саре Стингер. Это его мать, угроза которой заставит переосмыслить его своё поведение, - на лице Цан И скользнула, всё та же, лёгкая и бессердечная ухмылка, прежде чем она покинула Лису, растворившись в свете клубного освещения.
- Спасибо за информацию, -  на лице  оперативницы сверкнула улыбка, слишком вялая, откорректированная и холодная, для того, чтобы даже изобразить неуместное здесь дружелюбие. Что она подумала и решила на самом деле - оставалось неизвестным.

За последней дверью отвратительно воняло. Затхлостью и кровью. Свежей. Понимая, что самые худшие из её ожиданий давно оправдались, Лиса неторопливо спустилась по каменным ступеням. Она уже примерно представляла, что сейчас увидит, и всё же привычные маски разом схлынули с её лица в полумраке пыточной. И дело было не в жутких приспособлениях, от одного вида которых можно было содрогнуться. Оперативницу душили гнев, злость и то самое странное чувство, которое у нормальных обывателей называется совестью. Хотя человеком нормальным Лиса себя давно не считала.  Еще секунд десять агент "Цербера" продолжала наблюдать за истязаниями, а потом негромко произнесла:
- Уходите отсюда. Все.
Недоумение. Молчание. Вопросительные взгляды. Внезапно Лиса подумала, как это странно или даже забавно выглядит со стороны: маленькая, взъерошенная и оборванная, будто замерзший воробей, только что побывавший в луже, девица с наливающимся синяком под глазом пытается отогнать кучку шакалов от того, кого они уже считали своей законной добычей.
Дерзко, нелепо, опасно, но иногда Лиса становилась существом на редкость упрямым даже в ущерб самой себе. Ледяной, но в то же время полный неконтролируемой злобы взгляд беспорядочно метался от Стингера к застывшим физиономиям палачей, а оперативнице казалась, что еще секунда, и после всего сегодня пережитого она заорет так, что в подвале содрогнутся стены. Позднее, наверное, она и не смогла бы объяснить ни кому-либо, ни себе эту внезапную вспышку ненависти. Впрочем, инженер и не любила копаться в собственных эмоциях.

Они уходили. Переговариваясь, посмеиваясь, бормоча какие-то шутки на своем специфическом диалекте, может быть Чендэ, а может и Чифэнском, Лиса в них практически не разбиралась, но всё-таки уходили. Оперативница не собиралась провожать их до дверей, скорее она старалась скрыть мелькнувшее на лице удивление.
Затем она обернулась к Джону:
-  Сейчас станет легче.
Зашитый в лацкан куртки дозатор со стандартной армейской дозой панацелина был извлечен практически мгновенно. Тонкие и всё еще холодные пальцы коснулись окровавленного плеча мужчины, вводя живительное лекарство.
Лиса отошла к узенькому, подвальному окошку у самого потолка. Теперь появились звезды, но они уже меркли, становясь всё более блеклыми на южном небосклоне. Времени, чтобы отыскать груз и предотвратить предполагаемый теракт оставалось всё меньше. Девушка  облокотилась на стену, снова скрестив руки на груди. Теперь, после переговоров с Шан и всплеска безудержного гнева, она, пожалуй, чувствовала лишь безграничную усталость.
- Полагаю, извиняться теперь уже поздно и бессмысленно? - по тонкой улыбке, легко скользнувшей по побледневшим губам, вряд ли можно было понять, иронизирует она сейчас или говорит совершенно искренне. - Догадываешься, что мне от тебя нужно? Точнее это нужно не мне, это нужно "Церберу", если ты когда-нибудь о нем слышал.

+1


Вы здесь » MASS EFFECT FROM ASHES » Архив флешбека » Most Wanted


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC